Королевский убийца полностью

Одаренного Скиллом можно рассматривать как полную противоположность «перекованным». Такой человек может даже с далекого расстояния узнавать, что думают или чувствуют другие. Если он в совершенстве владеет Скиллом, то способен передавать другим собственные мысли и чувства. Будущий король Верити мог достичь сознания любого человека, где бы тот ни находился, но он говорил, что «перекованные», по-видимому, не ощущают его Скилла, а стало быть, он не может чувствовать того, что чувствуют они, и читать их мысли. Это, однако, не значит, что они совсем не чувствительны к Скиллу. Мог ли Скилл Верити притягивать их к Баккипу? Возможно, он пробуждал в «перекованных» голод, воспоминания о том, что они потеряли. Поскольку им приходилось преодолевать огромные расстояния по пересеченной местности, ими должно было двигать какое-то сильнейшее побуждение. И когда Верити покинул Баккип, отправившись в свое путешествие, движение «перекованных» к Баккипу прекратилось.

Чейд Фаллстар.

Мы подошли к двери короля Шрюда и постучались. Шут открыл ее. Я заметил Волзеда среди пирующих. Он остался там и после ухода короля.

— Впусти меня, — сказал я тихо в ответ на испепеляющий взгляд шута.

— Нет, — сказал он спокойно и начал закрывать дверь. Я надавил на нее плечом, и Баррич помог мне. Это был первый и последний раз, когда я использовал силу против шута. Я не получил никакого удовольствия, доказав, что физически сильнее, чем он. Выражение его лица, когда я отодвинул его, было таким, какого никто не должен видеть на лице друга.

Король сидел перед камином и что-то бормотал. Будущая королева тоскливо сжалась подле него, а Розмэри дремала у ее ног. Кетриккен встала и с удивлением посмотрела на нас.

— Фитц Чивэл? — спросила она тихо. Я быстро подошел к ней.

— Я должен многое объяснить, и у меня для этого очень мало времени. То, что нужно сделать, должно быть исполнено сейчас, немедленно, — я помолчал, обдумывая, как лучше растолковать это ей. — Вы помните день вашего обручения с Верити?

— Конечно, — она посмотрела на меня так, как будто я внезапно помешался.

— Он использовал тогда Августа, члена группы Скилла, чтобы оказаться рядом с вами, в вашем сознании, и открыть вам свое сердце. Вы помните это?

Она покраснела.

— Конечно, я помню. Но я не думала, что кто-то еще знает об этом.

— Немногие знают, — я огляделся и увидел, что шут и Баррич слушают этот разговор с широко раскрытыми глазами. — Верити обращался к вам Скиллом через Августа. Он очень силен в Скилле, вы знаете. Вы знаете также, как он защищает Скиллом наши берега. Это родовая магия, талант семьи Видящих. Верити унаследовал ее от своего отца. А я получил некоторую долю Скилла от моего.

— Почему ты мне это рассказываешь?

— Потому что я не верю в то, что Верити умер. Раньше, как мне говорили, король Шрюд был силен в Скилле. Теперь это уже не так. Его болезнь истощила Скилл, так же как многое другое. Но мы можем убедить его попытаться связаться с Верити. Если ему удастся. Я могу дать ему мою силу, чтобы поддержать его. И тогда он, возможно, дотянется до Верити.

— Это убьет его, — без выражения произнес шут. — Я слышал о том, сколько сил Скилл забирает у человека. У моего короля нечего отдать ему.

— Не думаю, что это случится. Если мы свяжемся с Верити, будущий король оборвет связь, прежде чем она повредит его отцу. Не раз он так поступал, когда использовал мою силу.

— Даже шуту видна твоя ошибка, — шут подергал рукава своей красивой новой рубашки. — Если ты свяжешься с Верити, откуда мы узнаем, что это правда, а не представление?

Я раскрыл рот, чтобы сердито возразить, но шут предостерегающе поднял руку.

— Конечно, мой дорогой Фитц, мы все поверим тебе, потому что ты наш друг и действуешь в наших интересах. Но другие могут усомниться в твоих словах.

Его сарказм уколол меня, но мне удалось промолчать.