"Речная нимфа" представляла собой не ухоженное, но действительно крупное по речным меркам судно. Кроме мачты с парусами оно могло похвастаться портами для вёсел - по восемь штук с каждого борта. Нос "Нимфы" украшала квадратная площадка с большой плоской жаровней, корму - двухъярусная башенка-надстройка. Экипаж насчитывал десять человек вместе с капитаном. То есть - куда меньше, чем требовалось для движения на вёслах. Видимо, эрдосец давно не мог получить хороший заказ, и часть команды попросту разбежалась. Отсутствие груза и готовность выдвинуться когда будет удобно пассажирам лишь подтверждали эту догадку.
Кони вольготно разместились в передней части судна, между жаровней и мачтой. Корм для них сложили вдоль бортов. Пассажирам же капитан предоставил нижний ярус надстройки - сам он жил на верхнем. Нижняя каюта оказалась тесной и душной. Стоять там можно было, только пригнувшись - Готех и вовсе чуть не опустился на четвереньки.
- Я бы лучше спал на палубе, - признался мэтр Карлон. - Погода тёплая, дождей быть не должно.
На лице златовласой эльфийки отразилась нешуточная душевная мука, однако командир "Светлых голов" преодолела себя и сказала, кривясь:
- Нет уж. Ни к чему нам зря на палубе светиться. Мало ли кто увидит с берега или другого корабля. Ночуем здесь, все вместе. И днём поменьше снаружи шляйтесь.
Так и началось второе в жизни Армандо плавание. Впервые он взошёл на борт корабля, когда отправлялся в Дерт, поступать на королевскую службу - фамильное поместье, теперь уже конфискованное, стояло близко к одной из мелких речушек, опутывавших равнинное королевство. Условия в том, первом плавании, были намного лучше. Зато компания - куда скучнее. Четыре койки, имевшиеся в каюте, достались девушкам и ящеру. Армандо взял себе матросский гамак, Готеху же пришлось обустраивать лежанку на сыром деревянном полу. Днище корабля, кажется, имело течи, поскольку под койками что-то вечно хлюпало, а брошенный на пол матрац за считанные часы пропитывался влагой. Закрепляя гамак, де Горацо немного даже позавидовал донне Минерве. Разумеется, и речи быть не могло о том, чтобы везти дракона водой. Потому с рыцарем уговорились, что ночами она будет незаметно следовать за "Нимфой", а днём спускаться на землю и отдыхать. Высадившись в конечной точке маршрута, отряд должен был подать всаднице знак, разведя цветной огонь на берегу.
Следующие четыре дня стали для отряда настоящим отдыхом - невольные союзники много спали, старательно уменьшали запас провианта, купленного в порту, обменивались историями. Мэтр Карлон соорудил самодельную удочку и пытался рыбачить на хлебный мякиш - совершенно безрезультатно, но магу доставлял удовольствие сам процесс. Команда корабля вела себя тихо, сторонясь пассажиров. Нередко матросы бросали заинтересованные взгляды на девушек, однако дальше взглядов дело не заходило. И всё же капитан Вэлрия не позволяла спутникам расслабиться. Эльфийка назначила ночные дежурства, велела всем держать под рукой оружие и регулярно проверять исправность снаряжения. Сама она то и дело чистила штуцер, перебирала маленький кавалерийский арбалет, снабжённый магазином на пять стрел, полировала шпагу.
- По учёному это называется "реакция на стресс", - как-то раз доверительно сообщил Армандо чернобородый маг. Впрочем, сделал он это так, чтобы точно оказаться в поле слышимости Вэлрии. - Если б она не занимала себя чем-нибудь, то уже давно слегла бы пластом с морской болезнью.
- А разве можно получить морскую болезнь на реке? - недоверчиво уточнил плохо разбиравшийся в подобных вещах де Горацо.
- Она - сможет, - заверил его мэтр. - Вэлрия невероятно талантлива.
Бдительность эльфийки полностью оправдала себя под конец плавания. Прежде, чем повернуть на запад, Сенара широко разливалась, и её излучина смахивала скорее на озеро со спокойной водой и множеством крохотных островков. К этому участку "Речная нимфа" подошла глубокой ночью - как позже решил Армандо, капитан Джианобатто рассчитал так специально. Де Горацо дежурил после полуночи, а потому именно он услышал подозрительные звуки. Сперва кто-то подкрался к двери каюты и бряцнул чем-то металлическим. Заскрипела ржавчина. "Навесной замок, - понял Армандо, сидевший в это время на полу, с обнажённым мечом на коленях. Ложиться в гамак он опасался, так как его клонило в сон, а стульев в комнатушке не имелось. - Кто-то повесил его на дверь снаружи". Он припомнил, что видел на створке и косяке подходящие железные дужки. Тем временем по палубе начали двигать что-то тяжёлое. Вероятно, ящик или бочку с пресной водой.
- Просыпайся! - зашептал де Горацо на ухо Готеху, одновременно толкая друга в плечо. - У нас проблемы.
Минуту спустя пробудилась вся группа. Снаружи этого не заметили. Тяжёлый груз перестал скрипеть, нечто массивное ткнулось в дверную створку. И вновь наступила тишина, нарушаемая лишь плеском волн о борта судна.
