– Я подчиняюсь только себе, – сказала Джанела. – Так что не трать время на болтовню. Если ты сотворил какое-нибудь призывное заклинание, то зря потратил энергию. Оно здесь не подействует. Даже при помощи твоих покровителей.
– Я не творил заклинания, – сказал Модин. – И мне не нужна ничья помощь, чтобы сокрушить твои жалкие попытки сопротивляться.
Джанела на мгновение испугалась, но тут же снова приняла спокойный вид. Я заметил, что рука проекции Модина раздута и забинтована и держит он ее в каком-то неестественно напряженном состоянии.
– Чтобы выследить тебя, мне хватило реальной силы моих стражников, – продолжал маг, – моих новых друзей, солдат Клигуса и моего собственного умения. Ты-то думала, что обманула нас, а это я позволял вам бежать все дальше и дальше, теряя силы и кровь. Разве ты не знаешь такой тактики, когда противника сначала изматывают и лишь потом убивают?
– Что с твоей рукой, Модин? – спросил я.
– Посланный тобою демон, Джанела Серый Плащ, хорошо постарался, но не устоял против моего могущества, – сказал он, стараясь не обращать на меня внимания. – Для того чтобы убить его, мне понадобилось менее часа.
Вот теперь мы с Джанелой обменялись недоуменными взглядами: оказывается, Модин считает Митрайка творением рук Джанелы. Я решил было, что, может, стоит сбить спесь с Модина и сообщить, что демон явился совсем из другого места, из
Очевидно, Джанела пришла к такому же выводу, поскольку издевательски рассмеялась.
– Целый час, Модин? И сколько же стражников убила моя зверюшка, прежде чем ты справился с ней?
– Все равно у нас сил еще вполне достаточно, чтобы разделаться с твоим жалким отрядом, Джанела, – сказал он. – Через несколько дней я прорвусь через маскирующие вас заклинания, и уж тогда вам от меня не скрыться. Ведь даже по самому существованию этих заклинаний я ощущаю то место, где ты и Антеро залегли, зализывая ваши раны.
Это заявление было столь же озадачивающим.
Я отметил изменения в его поведении по сравнению с тем временем, когда мы встретились в Ирайе. Тогда он, по крайней мере, изображал из себя лишь верного слугу короля Гейята. Я решил попробовать уколоть его еще раз.
– Ты сказал «у нас»? Ты имеешь в виду короля? Неужели король Гейят выжил после мятежа?
– А знаешь, Антеро, – сказал он, – вообще-то я предполагал, что ты не почувствуешь моего появления и будешь спать, как и все остальные в вашем лагере. Но теперь вижу, что ваши отношения с Джанелой гораздо более близкие, чем я думал. Но это не важно. Не важно, сколько у нее было любовников, лишь бы она оказалась в моей постели. Возможно, моя потенция даже увеличится, если я окажусь там же, где побывал и Антеро.
Он улыбнулся своим мечтам.
– Ты не ответил на мой вопрос о короле Гейяте, маг, – сказал я. – Или ответил так тихо, что я не расслышал?
– Король Гейят продолжает спокойно рассиживать на своем троне, – прошипел Модин. – Рабы, восставшие против него, уничтожены. Династия короля Гейята будет править, если даже мне для этого придется уничтожить всех мужчин и женщин Ирайи и заселить город заново.
– Речь, достойная истинного монархиста, – сказал я.
Эти слова вызвали у него зубовный скрежет, и я стал думать, чем его еще раздразнить, понимая, что человек, ослепленный гневом, делает больше ошибок, которыми можно воспользоваться.
– Чего ты добиваешься, Модин? – спросила Джанела. – Ты так упорно преследуешь нас, до самой конечной цели нашего путешествия. Зачем это тебе? Неужели ты не понимаешь, что твое присутствие ощущается там, в
– Сомневаюсь, – сказал Модин. – Я много слышал о том, что находится за Восточным морем, и вот теперь, когда появилась необходимость пересечь его, я обнаружил здесь лишь дикарей да зверей. Если что-то и есть впереди, а я сильно в этом сомневаюсь, то скорее всего какие-нибудь обычные шаманы, произносящие заклинания, заученные много лет назад. Старейшины давным-давно покинули эти места. И ты, Джанела, испытаешь лишь глубочайшее разочарование, выяснив, что настоящее могущество обитает лишь в одном месте – в Вакаане. – Так благодаря этому могуществу не работает ваша модель королевства? – спросил я. И, не дожидаясь ответа, продолжил: – И поэтому люди, вопя от отчаяния, восстают против единственного известного им образа правления, предпочитая анархию порядку? Поэтому заклинания на вашей богами проклятой реке не действуют? И поэтому та власть, которую так легко удерживал отец короля Гейята, Домас, теперь трещит по швам?
