Улыбка Маэвы сохранялась все то время, что она потратила на исследование. От ее контроля магия Дорина дрожала, словно желе. Маэва имела невероятную способность проникать в умы, в саму душу. Непознанный враг. Это было унизительно — терпеть ее темную, всепроникающую силу.
Поэтому он изменился. Мех сменился кожей, лапы превратились в руки. Когда он, наконец, предстал перед королевой Фэ мужчиной, она не сдержала восторженного возгласа:
— Какой ты красивый!
Дорин поправил одежду. Хвататься за Дамарис он не рискнул.
— Как вы узнали?
— Разве ты не догадался, что я видела тебя, твой запах и ощущение силы в воспоминаниях Аэлины? — она наклонила голову. — Хотя мой шпион не сообщил о твоей заинтересованности в изменениях.
Сейрин! Ужас охватил его.
Маэва прошла вглубь комнаты и царственно устроилась на скамейке у подножия кровати.
— Как ты думаешь, откуда Матроны могли знать, где вас искать?
— Сейрин была в лагере всего день, — нахмурился он.
— Неужели ты думаешь, что в горах больше нет пауков? Все они подчиняются ей… И мне. Сейрин нужно было один раз отдать приказ искать вас. И вывести к вам Железнозубых, — Маэва разгладила на коленях платье. — Знает ли Эраван о твоих талантах? Сейрин успела шепнуть мне, что ты… Другой.
Дорин пожалел, что Сейрин нельзя убить второй раз.
— Но ты не здесь и не там. Сейрин мертва, а ты далеко от рук Маноны Черноклювой.
Дорин все же опустил руку на рукоять Дамариса.
Маэва улыбнулась, с интересом глядя на древний меч.
— Кажется, королева Террасена научилась делиться. Она встретила настоящую любовь, не так ли?..
Если Маэва знала все об Аэлине…
— Я тоже это знаю, — темные глаза Маэвы казались бездонными. Рукоять Дамариса согрелась под рукой. — Знаешь, а ведь паук и не догадался об этой правде. Где они сейчас, Дорин Хавильярд?
Что-то скользкое и резкое затронуло его разум. Попытка войти в…
Магия Дорина взревела. Ледяное копье остановило магические когти — этих ищеек по закоулкам его ума.
Маэва хихикнула, а Дорин нелепо моргнул, вдруг обнаружив, что вся комната покрылась инеем.
— Драматический, но эффективный метод.
Дорин усмехнулся.
— Ты думаешь, я позволю тебе пройти в мой разум? — по-прежнему удерживая одну руку на мече, другую он спрятал в карман. — А может скажу тебе, где они спрятаны?
— Стоило попытаться, — ответила Маэва.
— Почему бы не поднять тревогу? — предложил он.
Изучая его, Маэва откинулась назад.
— Ты хочешь того же, чего и я. И это есть у Эравана. Скажи, разве мы не могли бы стать союзниками?
— Ты, должно быть, разозлишься, но вынужден сказать, что я никогда не дам тебе Ключи.
— Я?.. Что бы ты сделал с ними — уничтожил?
— Что бы ты сделала? Завоевала мир?
Маэва рассмеялась.
— О, нет. Это слишком банально! Но я бы позаботилась о том, чтобы Эраван и его братья не смогли вернуться.
Дамарис в его руке оставался теплым. Значит, королева говорила правду. По крайней мере, большую ее часть.
— Ты так легко признаешься в предательстве?
— Ну а почему же еще я сюда пришла? — сказала Маэва. — Мои люди изгнали меня, и я догадалась, что ты придешь в Морат.
И хотя Дамарис оставался теплым, Дорин сказал:
— Ты правда думаешь убедить меня в том, что пришла завоевать мою верность? Не теперь, когда я узнал, что ты собираешься предложить Эравану помощь своих пауков для его принцесс.
Дорин и знать не хотел истинную силу этих принцесс. Тем более, почему Эраван задержал их высвобождение.
— Небольшая уступка с моей стороны, чтобы завоевать его доверие. — Дамарис опять согрелся. — Мы с тобой похожи. И, благодаря твоей подруге, мне терять нечего.
Все было правдой.
И вот оно — открытие, которого он ждал.
Удерживая свой разум в ледяной оборонительной стене, Дорин снял руку с рукояти Дамариса. Пусть Маэва подумает, что он стал прислушиваться к ее словам.
— Похоже, защищая свое царство, Аэлина прекрасно научилась разрушать чужое.
— И позволяет другим платить по ее долгам.
Дорин успокоился, хотя его магия оставалась на страже, наблюдая за силой Маэвы, пока та гуляла по периметру его разума.
— Разве ты здесь не поэтому? — спросила Маэва. — Стал жертвой, только чтобы Аэлина не уничтожила себя. Это так ужасно — кто-то постоянно платит за глупость Элианы.
Это была правда.
— Не желаешь ли узнать, что открылось мне, когда я заглянула в ее голову?
Дорин не смел коснуться Дамариса.
— Ты поработила ее. Не хочу ничего об этом слышать! — прорычал он.
Маэва откинула назад волосы, напевая.
— Аэлина рада, что это ты, — сообщила она, словно не расслышала его возражения. — Девушка надеется, что вернется слишком поздно. Что ты добьешься поставленной цели, и тем самым избавишь ее от ужасного выбора.
— У нее есть мэйт и королевство. Я не виню ее, — несколько резко ответил он.
— Да ну? А тебе что, не нужно присматривать за королевством? Или оно менее могущественно и благородно, чем Террасен?
Он промолчал, и Маэва продолжила:
— Аэлина освободилась несколько недель назад. Но она не искала тебя.
— Континент слишком большой.
Маэва сочувственно улыбнулась.
— Мы оба знаем, что она легко могла найти тебя. А вместо этого пошла к Аньелю.
