— Так и есть, — она провела рукой по горлу. — Оркус и Мантикс действительно научили его всему. Если эти двое вернуться сюда, то созданное в этих горах Эраваном покажется всем добром.
По крайней мере, это предупреждение Кальтэны он учел. Он не приближался к пещерам за долиной, скрывающих каменных чудовищ и алтари.
— У тебя никогда не было детей? С Оркусом?
— Мой будущий муж действительно желает это знать?
Дорин уселся на пятки.
— Я хочу знать своего врага.
Она немного подумала, прежде чем ответить:
— Я не позволила своему телу созреть настолько, чтобы оно было готово к детям. Такое мое небольшое восстание против Оркуса.
— Являются ли валгские принцы и принцессы потомками других королей?
— Одни да, другие нет. Но пока нет ни одного достойного наследника. С другой стороны, я давно не знаю обстановки. За тысячу лет в их мире многое могло измениться.
Дорин обратил внимание на «их мир». Не ее мир. Маэва же продолжила:
— Призванные принцы вовсе не так сильны, как хотелось Эравану. Как сам Эраван. Конечно, его это раздражает.
— А что с принцессами?
— Женщины — самые смертоносные существа. Но есть сложности с внедрением в хозяина.
Ему казалось, что на шее загорелась белая полоска. Но хоть желудок не взбунтовался.
— Почему ты покинула свой мир?
Она удивленно моргнула.
Он не понял, переспросил:
— Что?
Она наклонила голову.
— Давно я не разговаривала с тем, кто знает меня такой, какая я есть. И с кем-то, чей ум остался нетронутым.
— Даже с Аэлиной?
Ее челюсть напряглась.
— Даже с Аэлиной Лесной Огонь. Я не могла полностью проникнуть в ее разум. Удовлетворялась мелочами, что смогла увидеть.
— Почему ты ее поймала и пытала? — самое подходящее описание того, что произошло в Эйлуэ и после.
— Да потому что она бы никогда не согласилась работать со мной. Да и не защитила бы ни от Эравана, ни даже от валгов.
— Разве твоей силы не достаточно для защиты самой себя? Почему не использовала пауков в своих интересах?
— Потому что валги боятся определенных способностей, которых нет у моих пауков, — она намотала на палец прядь черных волос. — Обычно при мне находится еще одна женщина Фэ. Ту, у которой есть способности против валгов. Кстати, эта сила отлична от силы Аэлины Галантии. Но сюда я пришла одна. Как бы могла я представить дело, что пришла добровольно, явись она со мной? Так что, я так же беззащитна против Эравана, как и ты.
Дорин не особенно ей поверил. Он встал и направился к столу, где стояла вода, и на тарелке лежало немного еды. Сейчас Дорин был прекрасным обедом для замка короля. Прямо пирушка посреди зимы, доберись он до него.
— Это истинная форма Эравана?
— Ну, мы не похожи на людей или Фэ с вашими невидимыми душами. Наши души имеют форму. И у нас есть тела, которые мы создаем вокруг душ — в качестве украшения. Форма Эравана — это его давнее любимое украшение.
— А как выглядят ваши души?
— Ты найдешь их неприятными.
Он подавил дрожь.
— Полагаю, мы также похожи на оборотней, — Маэва задумалась, а Дорин направился к столу рядом с ней. Каждую ночь он спал на полу у огня, сквозь сон тревожно ожидая нападения. Но нападения не было ни разу. Королева просто спала под балдахином на кровати.
— Кем ты себя ощущаешь: валгом или Фэ?
— Я есть то, кто есть.
На мгновение он увидел в ее глазах вес прожитых лет.
— Но кем ты хочешь быть? — осторожно спросил он.
— Кем-то не таким, как Эраван или его братья.
— Ты не ответила на вопрос.
— Знаешь ли ты, кем хочешь быть? — задала она встречный вопрос.
— Я это выясню, — Дорин потер ладонями лицо. Какой странный между ними разговор. Он перевел тему. — Ключ в его башне. Я уверен.
Губы Маэвы сжались.
Дорин продолжил:
— Как проникнуть — не знаю. У входа охранники, окон нет. Я искал хотя бы трещины в стене, чтобы проникнуть в форме мелкого существа, но их тоже нет, — он пристально посмотрел ей в глаза. — Но нам нужно туда войти. Хотя бы для того, чтобы убедиться.
Она однажды держала в руках ключи и знала, что он чувствовал. Что она так близко подошла…
— Полагаю, ты просишь меня это сделать?
Он скрестил руки.
— Не могу представить другой кандидатуры, кого Эраван допустил бы внутрь.
От удивления Маэва один раз моргнула, но быстро взяла себя в руки.
— Соблазнить, а после предать короля — классика жанра, как вы — люди — говорите… Метод, не раз описанный в книгах.
— Может ли Эравана кто-нибудь соблазнить?
Дорин мог поклясться, что на лице Маэвы появилось выражение отвращения, когда она сказала:
— Может быть.
Они не стали терять время.
Дорин не смог отвести взгляд, когда Маэва махнула рукой, заставив фиолетовое платье исчезнуть. А вместо него на ней оказалось прозрачное черное платье. Почти пеньюар. По ткани проходила золотая вышивка, скрывая все аппетитные места. Их сможет увидеть лишь тот, кто снимет с нее одежду. Когда она отвернулась от зеркала, ее лицо выглядело серьезным.
— Вряд ли тебе понравится то, что ты увидишь, — она накинула на себя плащ, скрывая тело и платье, и выскользнула за дверь.
Он превратился в быстрое насекомое, и последовал за ней. Маэва шла по коридору. К той самой башне.
