Остановившись и увидев маленькие фигурки, просунувшие головы в двери тронного зала. Небольшого вздоха стало достаточно, чтобы все повернулись посмотреть.
— Маленький Народец, — пробормотали люди, некоторые отступали, когда маленькие фигуры пробежали сквозь тени по проходу, шелестя крыльями и блестя чешуей.
Одна из них подошла к возвышению и тонкими зеленоватыми руками положила подношение к ее ногам.
Вторая корона. Корона Мэбы.
Взятая из ее седельных сумок, где бы они ни оказались после битвы. Оказалась у них. Как будто они не могли позволить ей потеряться еще раз. Не могли позволить ей забыть.
Аэлина подняла корону, которую они положили к ее ногам, уставившись на маленькое собрание, которое собралось в тенях за скамьями, их темные, широкие глаза моргали.
— Королева Фэ Запада, — тихо сказала Элида, хотя все слышали.
Пальцы Аэлины дрожали, ее сердце наполнилось болью, когда она осмотрела древнюю мерцающую корону. Затем посмотрела на Маленькой Народец.
— Да, — сказала она им. — Я тоже буду служить вам. До конца моих дней.
И Аэлина поклонилась им. Почти невидимым людям, которые спасали ее так много раз и ни о чем не просили. Лорду Севера, который, как и она, выжил, несмотря ни на что. Который никогда не забывал ее. Она будет служить им, как она будет служить любому жителю Террасена.
Все на помосте тоже поклонились. И все в тронном зале.
Но Маленький Народец уже ушел.
Поэтому она положила корону Мэбы на золотую, хрустальную серебряную корону, и древняя корона идеально подошла сзади.
И вот, наконец, Аэлина села на свой трон.
Это взвалилось на нее, прижалось к ее костям, это новое бремя. Больше не убийца. Больше не мошенническая принцесса.
И когда Аэлина подняла голову, чтобы осмотреть ликующую толпу, когда она улыбнулась, короны Королевы Террасена и Королевы Фэ Запада, горели ярко, как звезды.
Ритуал не был окончен. Еще нет.
Когда над городом прозвенели колокола, объявляющие о ее коронации, собравшийся город взбодрился.
Аэлина пошла поприветствовать их.
Вниз к воротам замка, ее двор, ее друзья вслед за ней, толпа из тронного зала позади. И когда она остановилась у закрытых ворот, покрытых древними резными металлическими элементами, отделявших ожидающих город и мир, Аэлина повернулась к ним.
Ко всем, кто пришел с ней, кто жив по сей день, этот радостный звон колоколов был для них.
Она поманила свой двор вперед.
Затем улыбнулась Дорину и Шаолу, Ирэн, Несрин, Сартаку и их спутникам. И поманила их вперед тоже.
Их брови поднялись, они подошли.
Но Аэлина, коронованная и сияющая, только сказала:
— Идемте со мной. — Она указала на ворота позади нее. — Вы все.
Этот день принадлежал не ей одной. Ни за что.
И когда они все отказались, Аэлина прошла вперед. Взяла Ирэн Вестфол за руку, чтобы провести ее вперед. Затем Манону Черноклювую. Элиду Лочан. Лисандру. Эванджелину. Несрин Фалюк. Борте, Хасар и Ансель Бриарклайф.
Всех женщин, которые сражались на ее стороне или издали. Кто истекал кровью, жертвовал и никогда не оставлял надежды, что этот день может наступить.
— Идем со мной, — сказала им Аэлина, мужчины подошли. — Друзья мои.
Звон колоколов, Аэлина кивнула охранникам у ворот замка.
Наконец они открылись, и рев собравшейся толпы был достаточно громким, чтобы всколыхнуть звезды.
Как один, они вышли. В веселый город.
На улицы, где люди танцевали и пели, где они плакали и прижимали руки к своим сердцам при виде машущих, улыбающихся правителей, воинов и героев, которые спасли свое королевство, свои земли. При виде недавно коронованной королевы, глаза которой сияли от радости.
Новый мир
Лучший мир.
Глава 120
Два дня спустя Несрин Фалюк все еще приходила в себя после бала, который длился до рассвета.
Но
Нигде не было такого великолепия, как на южном континенте, кроме явной радости и смеха в Большом зале, пиршества и танцев… Она никогда не забудет этого, пока живет.
Даже если ей понадобятся годы до ее смерти, чтобы снова почувствовать себя отдохнувшей.
Её ноги всё ещё болели от танцев, танцев и танцев, и она заметила, как Аэлина и Лисандра кричали об этом за завтраком всего час назад.
Однако королева танцевала — танец, который Несрин никогда не забудет.
Первый танец открывала Аэлина, и она выбрала своего мэйта для него. И королева, и супруг переоделись для вечеринки, Аэлина в платье черного цвета расшитое золотистой нитью, а Рован — в черный костюм, расшитый серебром. И эта пара была одна среди танцующих.
Королева выглядела потрясенной — восхищенной — поскольку Принц Фэ повел ее в вальсе и не отступил ни на шаг. Так рада, что она увенчала их обоих огнем.
Это было начало танцев.
Танец был… У Несрин не было слов о быстроте и изяществе их танца. Сначала как короли и супруги. Их движения были вопросом и ответом друг другу, и когда музыка ускорилась, Рован развернулся, опустился и закрутил ее, юбки черного платья обнажали ноги Аэлины, одетые в золотые туфли.
Ноги, которые двигались так быстро по полу, что угли искрились от ее стоп. Вслед за ее широким платьем.
