Если б она была Селестиной, жаждала Аврору, то где б она её ждала?
И она поняла.
Она посмотрела на замок, ища свою башню. Зелёный свет плясал у окна. Крики драконов искажались, заменённые далёким смехом и пением, что посылал по спине Авроры странную дрожь.
Аврора побежала. Свет плыл перед глазами, кружился вокруг волос, манил вперёд. Она обогнула пылающий костёр, стражу, вбежала в дверь.
— Аврора!
Шаги Родрика громыхали за нею.
— Оставайся тут! — закричала она. — Веди людей к реке! Я остановлю это!
— Как? Куда ты идёшь?
Она проигнорировала его. Она бежала быстрее, чем могла, рвалась по коридорам, руки сбивали со столов вазы, пока она не добралась до дверей башни. Она всё ещё была открыта. Она мчалась вперёд, мимо стен по пыли, пока не ворвалась в спальню. Комната была тоже пуста, но камин открыт, свет сверкал над пеплом.
Селестина ждала в комнате выше. Она сидела на стуле, поворачивая колесо пучками пальцев. Воздух светился.
— Жаль, — молвила Селестина, — что нечто столь прекрасное, как ты, всю жизнь было заперто в башне. Эта прялка принесла тебе свободу. Не думаешь? — она повернула голову, чтобы посмотреть на Аврору, и улыбка была широка и голодна, как драконья.
— Останови их, — голос Авроры был хриплым. — Останови драконов.
— Остановить? — Селестина склонила голову. — Но сюда их привела ты.
— Я не…
— Не ты? Ты не брала сердце дракона?
— Я не призывала их сюда.
Селестина рассмеялась, и для порядка щёлкнула.
— Ты глупа, Аврора? Ты привела их сюда. Ты. Я сказала, что ты пожалеешь, что съела кусок сердца. Они тянутся к тебе. Они тянулись в Ванхельме и сейчас. Следуют за тобой.
Аврора подошла ближе.
— Нет. Я видела тебя в Ванхельме, когда драконы напали.
— Я помогла тебе в Ванхельме. Ты пыталась прогнать драконов, но ведь они не слушали… Бедняжка, боролась за контроль магии, так мало зная о связи с драконами. Ты слишком слаба, чтобы справиться, а я предлагала помощь. У нас есть эта связь обеих из-за тебя, и я умею управлять, могу помочь.
— И что ты сейчас делаешь? Помогаешь?
— Наблюдаю. Смотрю, что ты будешь делать. Чтобы увидеть, какова ты после всего этого.
Но Селестина должна была лгать. Это бессмысленно.
— Ты привела драконов обратно. Ты использовала мою кровь, хотела, чтобы моя магия…
Смех Селестины явно был издёвкой под крики драконов.
— Ты так готова сложить всё зло к моим ногам. Полагаю, это должно льстить. Разве тебе льстит думать, что твоя кровь разбудила драконов, что ты их часть? Я не будила их. Как я могла? У меня не было магии в Ванхельме, а у драконов есть свой ум Они проснулись, Аврора, потому что пришло время пробуждения. Я воспользовалась обстоятельствами.
— Но ты писала в руинах…
— Я была слаба. Так мало магии в Ванхельме… Я видела потенциал драконов и легенды, но без магии не могла взять сердце себе. Мне нужна была ты. И ты проснулась, я хотела этого. Хотела показать, каков ты зверь. Так что подумай, Аврора, прежде чем судить меня.
— Но моя связь с ними, моя магия огня…
— У тебя нет магии огня, есть волшебство. Ты была слишком недалёкой, чтобы использовать его для чего-то, кроме огня. Драконы заинтересовались тобой, потому что в тебе есть магия. Ты ввела себя в заблуждение, думая, что их контролируешь и можешь использовать, как инструмент, ты хотела, чтобы это было правдой.
Селестина встала и скользнула к ней.
— Ты могла бы исцелить принца сама, знаешь. Я не давала тебе силу. Просто сказала это сделать. Если б ты только меня послушала, дорогая. Если бы присоединилась ко мне, когда я просила… Подумай, как бы всё по менялось.
Сердце Авроры колотилось. Воздух вонял кровью и жжёной плотью, и драконами, и кровь мчалась с яростью, что не могла быть утолена разрушениями.
— Чего ты хочешь? Мы можем заключить ещё одну сделку…
Селестина рассмеялась.
— О, сладкая… Разве ты не ненавидела свою матушку пару недель назад за переговоры со мной? И теперь хочешь этого?
— Если ты знаешь, как остановить драконов, останови их.
— Не думаю, что это так, — промолвила Селестина. — Ещё нет. Разве люди не хотели магию? И они заслужили понести наказание за отношение к тебе. Пусть помнят, какой грозной может быть магия.
Аврора отступила назад, касаясь связи с драконами. Если б она могла усмирить ярость, успокоить драконов, прогнать их…
Ногти Селестины впились ей в руку.
— Разве ты не понимаешь, Аврора? Ты не можешь остановить. Не должна хотеть. Ты сделала, что хотела, что должна. Ты так старалась быть хорошей, играть в маленького героя, и посмотри, где ты оказалась. Ты не хороший герой этой истории. Тут нет героев. Ты отвратительна, моя дорогая. Простая. Подобная. Я.
— Ты не знаешь меня. Я не такая, как ты, — но она вспомнила её слова Финнегану пару недель назад. Если б выпустить все чувства, она сожгла бы город.
