Чейни наклонился ко мне, и я напряглась. Он перестал тереть рану.
– Скажи мне кое-что, Дева. Ты по доброй воле позволила атлантианцу тебя укусить? Может, даже получила удовольствие от запретного кровавого поцелуя? Или он сделал это насильно? Повалил тебя и пил кровь против твоей воли?
Этот проклятый укус.
Я вонзила ногти в ладони.
– Это… это было не по доброй воле.
В черной бездне его глаз заклубилось что-то красное. Прямо как у Жаждущего. Боги.
– Вот как? – спросил он.
Я кивнула.
– Тебя укусил Темный, тем не менее ты сидишь передо мной и не превратилась в Жаждущую. Это должно было тебя поразить.
Боги, я об этом забыла. Как я могла забыть? Вознесшиеся вдалбливали нам, что укусы атлантианцев ядовиты.
– Да, но я ведь Избранная…
– И ты видела нас сегодня во дворе, – перебил он. – Ты видела, кто мы, и тем не менее не казалась удивленной. Тебя гораздо больше потрясла и озаботила смерть той женщины. – Он положил руку на скамью рядом с моим коленом. – Говоришь, ты обрадовалась тому, что я тебя нашел?
– Да.
Он негромко рассмеялся.
– Я тебе не верю.
Я насторожилась и бросила быстрый взгляд на его руку. Вены на ней вздулись. С ним далеко не все хорошо.
Чейни негромко хмыкнул.
– Король с королевой будут недовольны.
Я не решалась отвести от него глаза.
– Чем недовольны? Тем, что вы приказали рыцарю меня ударить?
– Возможно, они этому не обрадуются, но, я полагаю, их гораздо больше встревожит то, что ты скомпрометирована. – Красный огонь в его глазах стал ярче. – И, скорее всего, во всех смыслах этого слова.
От его намека во мне вспыхнул гнев, но я сразу вспомнила, что я без вуали.
– Вам следует больше беспокоиться о себе. – Я встретила его взгляд. – Вы плохо выглядите, лорд Чейни. Возможно, рана серьезнее, чем вы полагаете.
– Этот атлантианский мерзавец почти достал до сердца, – ответил он невозмутимо. – Но я выживу.
– Рада за вас, – резко ответила я.
– Не сомневаюсь.
Экипаж тряхнуло, и я подскочила, но Чейни словно ничего не заметил.
– Знаешь, почему на твои поиски отправили именно меня?
– Благодаря вашей терпеливости и великодушию?
Его смешок защекотал мне нервы, словно ногтями.
– Не знал, что Дева так дерзка.
Я выгнула бровь.
– Меня выбрали, потому что я знаю, кто ты на самом деле.
Усилием воли я разжала кулаки.
– Знаю, кто ты на самом деле по крови. И, смею сказать, знаю куда больше, чем ты сама.
– Вот как?
Он приоткрыл губы, и я чуть не отшатнулась при виде его клыков – ничего общего с реакцией, которую вызывали у меня клыки Кастила.
– Ты понятия не имеешь, почему стала Избранной, но сейчас это не играет никакой роли. Ты все равно скоро узнаешь.
– И что же такое я узнаю?
Его глаза – калейдоскоп красного с черным – сосредоточились на мне, на моей шее.
– Ты откроешь новую эпоху для Вознесшихся.
Меня охватило отвращение.
– Думаете, я этого уже не знаю?
– Вряд ли ты хоть немного понимаешь, что это означает. Но, так или иначе, ты права. Я ранен немного сильнее, чем показываю. Если бы это был не кровокамень, я бы уже исцелился. Уж сколько раз я говорил королю с королевой, что все оружие из кровокамня нужно уничтожить. Но королева беспокоится, что без таких клинков Жаждущие одолеют ее народ.
– И нельзя допустить, чтобы уничтожили ваш источник питания, правда? – выпалила я, прежде чем смогла остановиться.
– Темный много чего нашептал в твои уши. – Он провел языком по нижней губе. – И, очевидно, он делал не только это.
– Неважно, что он делал. – Я улыбнулась так же холодно, как и он. – Имеет значение то, что я знаю, почему стала любимицей королевы. Знаю, что вы собираетесь со мной делать. Знаю, что вы меня не тронете. Я нужна живой, либо чтобы поддерживать жизнь атлантианца, которого вы держите в плену, либо чтобы с моей помощью создавать новых Вознесшихся.
Он склонил набок голову.
– В одном ты права. Ты нужна нам живой.
Не успела я осмыслить услышанное – что я права только в одном, – как он встал и двинулся ко мне.
Я отреагировала.
Откинувшись назад, я толкнула его в грудь обутой в сапог ногой и отбросила обратно на скамью.
Он вытаращил глаза и расхохотался.
– Дорогая Дева, в этом нет необходимости. Мне просто нужно глотнуть. Королю с королевой не нужно об этом знать. Это будет нашим секретом. У тебя же хватит ума сохранить его…
Я опять лягнула его в грудь. Чейни зашипел от боли.
– А вот это вовсе не мило, – зарычал он, а я потянулась за ножом. – Это действительно больно.
– Так и задумывалось. – Я вытащила нож уверенной рукой. – Если вы так много обо мне знаете, то поймете, что я умею им пользоваться. Может, этот нож вас не убьет, но заставить пожелать смерти.
Он выпучил горящие глаза и поднял руки.
– Ну-ну. – Его тон был примирительным и снисходительным. – Нет необходимости угрожать насилием.
– Нет?
Не сводя с него глаз, я метнулась по скамье к двери.
Он следил за моими движениями.
– Ты не забыла, на какой скорости мы едем? И о рыцарях?
– Я предпочту, чтобы меня раздавили до смерти. По крайней мере, я уйду в могилу, зная, что вы последуете за мной, как только король с королевой узнают, что я погибла из-за вас.
Я потянулась к двери…
Чейни ринулся ко мне.
