— Это значит, что мы будем сражаться до смерти или до подчинения. Победитель сможет заявить права на Кассиана.
ДВАДЦАТЬОДИН
АДДИ
О
— о-о-о-о-о! Эта девушка чокнутая?
Мой взгляд сужается, когда она ухмыляется так, словно победа уже скользит по ее коже.
— Заявить права на Кассиана, типа как для себя? Я здесь не для этого. Это даже не то, что меня хоть сколько-то интересует, — выпаливаю я, но это никак не успокаивает ее.
— Не переживай. Ты все равно с ним не уйдешь, — обещает она, продолжая приближаться ко мне.
Да. Эта девушка определенно сошла с ума.
Бросив взгляд на Кассиана, я ожидаю, что он вмешается и поддержит меня, но он просто стоит, сложив руки на груди, переводя взгляд между нами. Я смотрю на Крилла, надеясь, что хоть один из них вмешается, но его глаза прикованы к зданию за спиной Летиции. Оглядывая остальных, я замечаю, что Броуди удивленно смотрит на Летицию, а Рейден покачивается на пятках, держа руки в карманах.
Из моего горла вырывается низкое рычание. — Может кто-нибудь из вас откроет свой чертов рот и объяснит ей, что я не собираюсь бороться за Кассиана? — Мой умоляющий взгляд падает на Крилла, когда он наконец обращает внимание на происходящее, но он пожимает плечами, сразу же игнорируя меня. — Отлично. Ты бесполезен, — выпаливаю я с презрительным фырканьем.
Несмотря на внутренний голос, убеждающий меня в бесполезности усилий, я поворачиваюсь к Рейдену, который смотрит на меня с выражением откровенной скуки.
Чертовски бесполезный. Все они.
Закатив на него глаза, я снова поворачиваюсь к Броуди. Он
— Она не станет слушать никого, кроме Касса, — признает он, что имеет смысл, но никак не помогает этому сработать в мою пользу.
Поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него, и не успеваю произнести больше ни слова, как заговаривает Летиция.
— Не трать попусту свое время. Это касается только нас с тобой.
— Правда? Ты не слышишь ничего из того, что я говорю! — Огрызаюсь я. Я, конечно, могу принять вызов, но меня бесит, что все это из-за парня, который не имеет ко мне никакого отношения.
— Мне и не нужно. Я бросаю тебе вызов…
— Ты это уже говорила, — ворчу я, щипая переносицу. — Ты можешь бросать мне вызов сколько угодно, я не возражаю, но не навязывай мне приз, которого я не хочу. Эта чушь с дуэлью бессмысленна. Я более чем счастлива отдать его тебе.
— Здесь так не принято. — Она останавливается в нескольких шагах от меня, разминая плечи и готовясь к бою.
— Разве волчьи правила не применимы только к волкам? Думаю, на данном этапе совершенно ясно, что я фейри, — указываю я, и она усмехается.
— На волчьей земле действуют волчьи правила, и это именно то место, где мы находимся.
Кивнув, я вздыхаю. — Ладно. С этим я могу согласиться. Но что касается дуэльной ерунды, я бы предпочла обойтись без нее, спасибо. Я могу сразиться с тобой, но для этого не нужен приз.
— О, как это мило. Она строит из себя недотрогу. Может, именно поэтому он так в ней заинтересован, — смертоносный взгляд Летиции устремляется на того самого волка, который замер на месте, скрестив руки на груди, и молчит. Этот ублюдок действительно ничего не собирается говорить. Вот мудак.
Звук торопливых шагов привлекает мое внимание, и к нам подбегает парень. Заметив наши взгляды, он резко останавливается. — Будет дуэль? Я слышал, что будет дуэль, — выпаливает он, и у меня сжимается сердце, когда Летиция с готовностью кивает.
— Да.
У меня вертится на кончике языка пояснить, что это просто вызов, а не дуэль, но он уже радостно улюлюкает и мчится к ресторану, чтобы предупредить всех остальных. В ту же секунду, как он это делает, все гребанные посетители покидают заведение, чтобы присоединиться к нам.
Пока их интерес отвлекает Летицию, я разворачиваюсь к тому засранцу, который позволил этому зайти так далеко. Направляясь к нему, я тыкаю пальцем в его сторону.
— Серьезно, сейчас было бы очень кстати, если бы ты открыл свой рот.
Он пожимает плечами. Пожимает, блядь, плечами.
— Если она победит, в академии будет меньше конкурентов. А если выиграешь ты, мне больше не придется волноваться о том, что Летиция будет ко мне приставать.
Я пялюсь на него, не в силах поверить своим ушам, пока его хриплый голос обрушивается на меня вместе с его доводами.
— Ты — мудак, — рявкаю я.
— Я никогда не утверждал обратного, — отвечает он, его низкий, хриплый голос звучит почти лениво, когда кто-то хлопает в ладони у меня за спиной, возвращая внимание к центру импровизированного круга, который уже сформировался.
— Правила дуэли! — выкрикивает парень, указывая на меня и Летицию. — Используйте что угодно, будьте кем угодно, нам плевать. Победитель определиться, когда кто-то будет нокаутирован, сдастся или будет убит. Вопросы?
Летиция машет руками в воздухе, усиливая одобрительные возгласы волков, которые становятся почти оглушительными. Как я, по-вашему, могу задать вопросы в таком шуме? Черт.
