Королевство руин полностью

— Нам не нужно ни о чем говорить, Броуди. — Она бросает на меня многозначительный взгляд, как будто это конец, но это так далеко от истины, что она даже не догадывается.

— Адди. — Это мольба, гребаная мольба срывается с моих губ, и в ответ она дарит мне то, что я могу описать только как сочувственную улыбку.

Присев передо мной на корточки, она наклоняется вперед, запечатлевая легкий, как перышко, поцелуй в уголке моих губ.

— Спасибо, но ты был средством для достижения цели.

— Что, блядь, это значит? — Рычу я, мой член все еще полутвердый и обнаженный с презервативом на нем. Я в полном ахуе. Гребанном ахуе. Это все ее вина, и я ничего не могу с этим поделать.

— Это значит, что ты вытрахал меня из свой головы, и я позаботилась о том, чтобы Кассиан отъебался от меня нахуй, — объясняет она с улыбкой, снова вставая.

— И как это понимать? — Спрашиваю я, заинтригованный тем, где находится ее голова, поскольку в моей полный бардак.

Она пожимает плечами. — Я трахнулась с его другом. Теперь он оставит меня в покое.

Я смеюсь. Этот звук придает мне сил встать и снять презерватив с члена, прежде чем спрятать его в штаны. Она стоит и хмурится, глядя на меня, когда мой смех переходит в усмешку.

— Что смешного? — Она не смогла удержаться от вопроса, и неуверенность в ее глазах только подтверждает, что она не готова к ответу.

— Увидишь, — отвечаю я, подмигивая, прежде чем сократить расстояние между нами. Я поднимаю руку к ее щеке, и когда она не отталкивает меня немедленно, я торжествующе улыбаюсь, прежде чем провести языком по ее нижней губе. Дрожь, которая охватывает ее, — это блаженство, и не я один это чувствую. — И, кстати… ты определенно не покинула моей головы.

ТРИДЦАТЬДВА

РАЙДЕН

— Г

де Броуди? Он должен был помогать нам, — выдавливаю я, расхаживая по гостиной своей комнаты в ожидании самого приводящего в бешенство мага, которого я когда-либо встречал.

Крилл пожимает плечами, как будто это не имеет значения, и я смотрю на него с яростью во взгляде, но он даже не замечает этого, как обычно. Как мне удалось продержаться с этими придурками столько времени, ума не приложу. Они заставляют меня сомневаться в каждом принятом решении, но почему-то я не могу от них уйти.

Думаю, именно это раздражает меня больше всего. Они из тех семей, которые проникают тебе под кожу, заставляя любить их безоговорочно, без твоего разрешения, и почему-то я даже не злюсь из-за этого.

На самом деле, нам сейчас нужны трое, но Кассиан где-то хандрит, а Броуди — черт знает где. В данный момент я не могу угнаться за своими друзьями и их гребанными эмоциями. Кажется, Кассиан поглощен всем тем дерьмом, что произошло в пятницу вечером в закусочной. Не понимаю, почему он разозлился на Адди на боевом занятии. Она предложила ему свободу от себя, а он отказался. Это какая-то ерунда. И в довершение всего, он решает, что она должна сидеть с нами.

Нам не нужна эта драма. У меня и так хватает забот с Вэлли, без добавления какой-то раздражающей фейри, которой нравится действовать мне на нервы больше, чем Броуди.

Вздыхая, я сжимаю переносицу, пытаясь унять нарастающее внутри меня напряжение, но на данном этапе это бессмысленно.

Воспоминание о виноградных лозах, обвивших мои ботинки, когда она неторопливо уходила, вспыхивает в моей голове, раздражая меня еще больше. Я чувствую, как сжимается моя грудь, а это не то, что мне сейчас нужно. Мне нужно оставаться сосредоточенным.

Блядь.

— Давай просто покончим с этим, — заявляет Крилл, как будто чувствует внутреннее смятение, охватившее меня, и я качаю головой.

— Нам нужен еще один человек.

— Я знаю, но у нас нет никого, кому мы могли бы доверять, так что либо мы идем вдвоем, либо вообще не появляемся. — Его равнодушный тон бесит меня.

— Мы не можем не появиться, — говорю я сквозь зубы, и его глаза расширяются, как будто он уже знал это, а я просто туплю.

— Тогда пошли, — я подхожу ко входной двери и с яростью распахиваю ее, чтобы увидеть Броуди, стоящего по другую сторону с поднятой рукой, готового постучать.

— Привет, ребята, — говорит он, весь такой спокойный и невозмутимый, проходя мимо меня, чтобы дать пять Криллу, который смотрит на него в замешательстве.

— Где, блядь, ты был? — рявкаю я, и мой гнев возрастает, когда он пожимает плечами.

— Где-то поблизости.

— Что это за чертова самодовольная ухмылка у тебя на лице? — Спрашивает Крилл, скрещивая руки на груди, оценивая нашего с ним друга.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — слишком быстро отвечает Броуди, но уголки его рта приподнимаются в усмешке, когда он смотрит куда угодно, только не на нас.

— Еще как понимаешь, — ворчу я, теперь мне не терпится узнать, какого хрена он был так занят, что опоздал, но все, что он делает, это снова пожимает плечами.

— Он трахался. Это очевидно, — заявляет Крилл, заставляя меня замереть, и я оборачиваюсь, чтобы посмотреть на ублюдка.

— Значит ли это, что ты наконец-то покончил с этой несчастной сучкой фейри? — Спрашиваю я, зная о проблемах, с которыми он столкнулся в выходные, безуспешно пытаясь забыть ее.