— Ох, Гленард, — махнул рукой капитан, — тут такое…
— Что? — насторожился Гленард.
— Да эта, женщина из той четверки, что приехала три дня назад…
— Госпожа Эрмелинда?
— Она самая, — Бальтасар мрачно кивнул.
— И что она?
— Убита, Гленард. Убили ее ночью.
И вдруг увидел он прекрасного оленя на поляне. И хоть предупреждала его лесная колдунья о том, чтобы не причинял он вреда зверям в лесу ее, не смог он удержаться, ибо так прекрасен трофей был. Наложил он стрелу на лук, натянул тетиву туго, как мог, и пронзил одним выстрелом сердце оленя. Но когда он, торжествуя, приблизился, увидел он, что пред ним, пронзенная стрелой, лежит мертвой возлюбленная его.
Коли хочешь ты сделать хиршкорнн <(молодые оленьи рога)>
Возьми рога (панты), когда они мягкие, и свари их, и порежь их на куски, сколь ты хочешь, али можешь получить из рога. Возьми мед и выкипяти примеси из него, затем возьми имбирный пряник и просей. Поруби мелко олений жир. Добавь мед и измельченный пряник, и оленью кровь, и протри через ткань. Положи туда кусочки рогов и свари.
— Что случилось, Донрен? — Гленард едва не сбил на крыльце герцога Верверрига.
— Ну, судя по тому, как ты спешишь, ты уже знаешь. Достопочтенную Эрмелинду из Байлура убили.
— Пошли туда, — рванулся в дверь Гленард.
— Стой, Гленард, — Донрен поймал его за покрытую кольчугой руку, — не спеши. Там уже нечего смотреть. Всё убрали.
— Как убрали? — удивился Гленард. — Без расследования?
— Я провел осмотр места убийства. Не волнуйся, напишу рапорт, как положено.
— Но почему без меня?
— Гленард, — Донрен поморщился, — пожалуйста, при всём уважении. Это дело Тайной Стражи. Император, конечно, тебя восстановил в должности, но только для расследования убийства Игвара. Вот и сосредоточься на нем. Ты знаешь, я тебя люблю, почти как сына. Но тебе не обязательно расследовать каждое преступление, которое происходит вокруг тебя. Есть в Империи и другие инквизиторы. И, при всей моей скромности, неплохие.
— Хорошо, Донрен, — Гленард подошел к краю крыльца и оглядел двор, — согласен, ты прав. Хотя это всё-таки мой дом.
— Сейчас это дом Императора, — Донрен встал рядом с Гленардом, — а я главный стражник Императора. Поэтому всё, что происходит в этом доме — моя ответственность. Но не беспокойся, я всё тебе расскажу. Я действительно ценю твое мнение. Ты умный, Гленард, и мне очень нужен твой ум.
— Спасибо, Донрен, — Гленард повернул к герцогу голову. — Так что же всё-таки произошло?
— Видимо, вчера вечером после переговоров и ужина госпожа Эрмелинда поднялась к себе и перед сном решила подышать воздухом. Открыла окно и получила стрелу в грудь. Точнее, не стрелу, а арбалетный болт. Умерла там же у окна. Никто ничего не слышал.
— Арбалет? — изумился Гленард. — Нечастое оружие для этих мест. Да и для Империи вообще.
— Ага, оружие подлецов и убийц.
— И тайных стражников? — хитро прищурился Гленард.
— И тайных стражников, — согласился Донрен.
— Когда ее обнаружили?
— Утром. Служанка твоя вошла, чтобы помочь ей одеться, и нашла ее тело у окна в большой луже крови.
— Служанка? Неужто опять Абелин?
— Нет, другая, — попытался вспомнить Донрен, — эта, которая на кошку похожа…
— Триша?
— Да, она самая.
— Ну, хорошо, что хоть не Абелин, а то бы выпало на бедную девушку два потрясения подряд…
— Эта Триша твоя оказалась значительно крепче. Не стала кричать, спокойно спустилась вниз и рассказала стюарду Миррарду. А он уже поднял шум.
— Она подруга лейтенанта Крейгана. Может, наслушалась от него страшных историй из его прошлой жизни, — предположил Гленард. — А может, просто такой сильный характер у нее. В комнате ничего подозрительного не было?
— Я всё внимательно осмотрел. Ничего, что бы бросалось в глаза.
— И откуда стреляли?
— С высокого дуба на склоне холма, за стеной, — указал рукой Донрен. — Стреляли снизу вверх под очень крутым углом с большого расстояния. Неплохой выстрел. С технической точки зрения, конечно.
— Следы под дубом осмотрели?
