– Да уж, право слово, золотой вы человек, дон Педро, храбрый и достойный. Я еще раз благодарен вам, и не только за ключ с письмом, тем более что они для меня бесценны, но и за верность своим друзьям. Сейчас у меня нет большой власти, но, надеюсь, близок день, когда положение мое изменится, и тогда я вспомню о вас, сеньор.
С этими словами герцог де Ла Торре встал, и дон Педро Гарсиас понял, что пора ему и честь знать, – он распрощался с герцогом и ушел восвояси.
Оставшись же один, герцог тяжело опустился обратно в кресло, открыл письмо, которое передал ему дон Педро Гарсиас, и снова внимательно его перечитал.
Письмо было написано по-французски так:
Герцог разорвал письмо на мелкие клочки и один за другим бросил их в тлеющий очаг, где они скоро сгорели дотла.
«Я был не прав, – пробормотал он, – этот дон Педро Гарсиас верно подметил: здесь вам не Испания. И закон меня не спасет. Надо было и правда послушать совета Олоне. Теперь уже слишком поздно – остается ждать, как все обернется, и встретить неизбежное с достоинством».
Герцог уронил голову на грудь и погрузился в раздумья. Уже битый час сидел он мрачный и недвижный, словно оцепенелый, – можно было подумать, что он спит, если бы не приглушенные вздохи, вздымавшие его грудь, и не пробивавшая его с ног до головы нервная дрожь, которая выдавала сильную тревогу, сжимавшую ему сердце. Впрочем, такое состояние подавленности длилось недолго. Вскоре герцог выпрямился в кресле, взял лежавший под рукой на столе свисток и свистнул.
– Попросите госпожу герцогиню, – велел он откликнувшемуся на зов слуге, – оказать мне честь и уделить пару минут для разговора.
Слуга поклонился и вышел.
– Да, – прошептал герцог, – так-то оно лучше. Нельзя подвергать герцогиню с дочерью страшным опасностям, которые мне угрожают. Надо попытаться спасти их, что бы там ни случилось. Дай бог мне еще хоть немного времени! А уж я сам все снесу без ропота. Но эти безвинные создания надобно уберечь.
Тут открылась дверь, и, полагая, что пришла герцогиня, господин де Ла Торре было поднялся, но это был слуга.
– Что вам нужно? – спросил герцог.
– Монсеньор, – с почтительным поклоном доложил слуга, – сеньор капитан дон Луис де Пеньяранда просит вашу светлость принять его. Он говорит, что располагает какими-то важными сведениями. Кроме того, у него имеется поручение к вашей светлости от губернатора.
– Пригласите сеньора капитана, – велел герцог.
Новоприбывший посетитель незамедлительно вошел.
То был высокий, ладный мужчина с правильными, благородными чертами, молодцеватой наружности, которую особенно подчеркивал его сверкающий, сплошь расшитый золотом мундир. Между тем в выражении лица офицера сквозило что-то настолько холодно-насмешливое, что заставило герцога невольно содрогнуться от странного предчувствия беды, будто нагрянувшей в его дом вместе с этим человеком. Однако он учтиво поклонился в ответ на приветствие офицера, жестом руки предложил ему сесть. И отпустил слугу.
– Если мне верно доложили, кабальеро, – промолвил герцог, – у вас есть ко мне поручение от губернатора Веракруса?
– Да, монсеньор, – ответствовал капитан.
– Каково бы ни было это поручение, кабальеро, – продолжал герцог, – хочу предупредить вас заранее, что я готов действовать сообразно с ним. А стало быть, прошу вас соблаговолить разъяснить мне суть дела.
