На судах своей первой великой флотилии он привез двести пятьдесят боевых коней из страны пепла. Они были одним из его секретных видов оружия – мощь, никогда не виданная в этом Новом Мире, где не имелось ничего по-настоящему похожего на них. На протяжении нескольких лет он обучал коней и всадников атаковать следом за храбрейшими воинами в зигзагообразном порядке, дабы сокрушать пехоту, словно копьем, или скакать вдоль нее, снося головы. Правда, эти скакуны были предназначены для противостояния наранским копейщикам, но сойдет и такая мишень. Их еще не испытывали в деле.
Сам Рока возглавлял их верхом на Суле. Несмотря на возраст коня – двадцать с лишним лет – по-прежнему не было никого храбрей и величественней его. Сула произвел на свет великое множество жеребят, и теперь многие мчались вслед за ним, неся на себе великих вождей пепла и их сыновей – всех, кто жаждал славы так же отчаянно, как любой человек жаждет жизни.
Отвагу подкрепляла их собственная легенда, уже сочиненная, но еще не заслуженная. Эгиль взялся придумывать истории о «коннице Пророка», и хотя Рока закатывал глаза, он все-таки научился это терпеть из-за красивого названия: Эгиль окрестил их «Сыновьями Сулы».
– Мы сломим их волю, братики! – взревел Рока, перекрывая шум ветра. – Ударьте по ним, затем езжайте врассыпную. Мы здесь, чтобы внушить шок и ужас. Следуйте за могучим Сулой. За Аском. За мертвых.
– За мертвых! – прорычал Магнус, великий вождь из Орхуса, чей взор застила жажда крови. Мужчины вскричали и ударили длинными копьями о щиты, железные латы или конские доспехи. Все ждали этого момента десять лет, а то и всю жизнь – убийства врагов, которые не были их земляками; мишени для их мастерства и гнева, которая принесет великие почет и славу и поставит их рядом с героями старины.
Всадники потели на жаре, отягощенные весом доспехов, копий, мечей и дротиков. Но они устремятся в атаку даже по иссохшему песку, и бой будет коротким. Враг не имеет ни малейшего представления о том, что грядет. Если Кейл владеет магией, то наверняка использует ее; Рока увидит это собственными глазами, и тогда его люди отступят.
Две сотни жеребцов, облаченных в сталь и кожу, топтали берег, размалывая сухую древесину, панцири крабов и трупики дохлых рыб, сотрясая землю. Они обогнули последний изгиб и увидели тыл врага. Люди Роки завопили, охваченные буйной радостью. Рока тоже ее ощутил.
Возможно, на том пляже –
– Скачи, Сула, – прошипел Рока, выхватив из царства мертвых пылающую пику и высоко воздев ее, прежде чем опустить для атаки. Он обмакнул ее в смолу, чтобы она горела еще долго после того, как будет призвана в реальность. И он, и Сула были покрыты испещренной рунами сталью, украшенной клыками и шипами, придающей им облик демона из ада. Он хотел, чтобы каждый человек перед ним увидел свою гибель и бежал.
Но он не питал к своим врагам ненависти. Он не верил, что они заслужили ту смерть, которая им уготована. И все же они не были невинны. Они были солдатами, явившимися уничтожить Року и отнять мечты его народа – обратить против него свои волю и оружие, независимо от своих мотивов. А как известно, поднявший копье от копья и погибнет.
Рока зарычал; настали финальные секунды. Островитяне запаниковали задолго до столкновения, но не знали, куда бежать. Люди, оказавшиеся по краям, напирали на остальных. Многие сразу припустили обратно к своим шлюпкам или просто бросились в море – Рока увидел распахнутые глаза и ошалелые телодвижения, когда те оглянулись на своих вожаков. Несколько человек нацелили свои коротенькие копья на врага.
Наконец расстояние исчезло. Им противостояла тысяча живых тел, и Сула не подвел.
Не замедлившись, великий родоначальник Сыновей смял первого человека своей железной грудью. Рока пронзил копейщика рядом с собой, сбив полуголого солдата с ног ударом в плечо, словно тараном. Островитяне повсюду вокруг него кричали и падали на песок еще до того, как их сомнут. Всадники Сыновей позади него метали дротики и восклицали, тараня копьями врагов. Рока не дал передышки.
Он заметил три группы солдат и морпехов Пью и вознамерился проскакать вдоль них, держась побережья. Слева от себя, на холме, он увидел
– Скачи! Вперед! – Рока бросил копье и выхватил длинный, утяжеленный меч, созданный как раз для этой цели. Он пришпорил Сулу и начал рубить, как серпом, любого, кому хватало смелости преградить ему дорогу. Вокруг него свистели стрелы, некоторые бессильно ударили в его латы или доспех Сулы. Другие враги швыряли копья, кинжалы или даже камни, вместо того чтобы приблизиться к нему. Их оружие было грубым и столь же никчемным.
Рока не гнушался несением смерти. Мир для его народа невозможен без уважения, а уважение невозможно без страха. Вначале они пустят кровь этому самозваному герою и покажут свою силу. И только после этого заговорят.
