- На что вы намекаете? - просипел Кохару приближаясь. Казалось, его взгляд метал молнии. Женщина усмехнулась:
- Да так... вспомнила о том, что Намикадзе вовсе не собирался умирать.
- Бред. Йондайме осознанно пошел на это! - возмущенно вскрикнула Хомура... Цунаде гортанно рассмеялась, закатив глаза:
- Это уже слишком, - сердито заворчал советник...
- Да... - все еще смеясь, протянула Цунаде, - Как и то, что Учиха хотели восстать?! Абсолютно не верю в этот бред, - фыркнула она и, всучив растерявшемуся старику блюдце с перевернутой посудиной, резко развернулась на сто восемьдесят градусов и зашагала прочь.
Повисло молчание. Оба советника, непроницаемыми взглядами смотрели вслед Хокаге.
- Что она только что сказала? - тревожно переспросила Хомура. Кохару, полностью погрузившись в невеселые размышления, поднял чашку и невидящим взглядом посмотрел на расплывшееся по тарелке черное пятно, отдаленно напоминающее силуэт Кьюби... Советница ждала ответа.
- Она поставила под сомнение восстание клана Учиха, - наконец ответил старик, прикрывая глаза.
- Но это же... опус какой-то... - словно сквозь омут донеслось к нему ее вялое возражение.
" Как и то, что Учиха хотели восстать?! Абсолютно не верю в этот бред " ,- тем временем звенел в его памяти голос Цунаде Сенжу,- "Намикадзе вовсе не собирался умирать..."
- Вовсе не собирался...
- Кохару, ты вообще слушаешь меня?!...
- Не обращай внимания, она явно перепила, - тихо прошептал старик, беря советницу под руку, - Пойдем.
Воспоминания так некстати навалились на него с новой силой. И вот уже покойный Третий Хокаге машет перед глазами переполненной документами папкой и плюется словом: "Одумайтесь!"
Вот сидит Данзо, лицо которого еще не искорежено шрамами а руки и ноги целы... Стоит юный Итачи, старший наследник клана Учиха, подающий смелые надежды и примерный гражданин страны Огня... без пяти минут нукенин... Приказ слушает молча, смотря на всех непроницаемым взглядом. Гений... Если б не убежал из Конохи, пошел бы по служебным ступенькам выше... не выдержал...
Очередной коридор выводит советников из резиденции, сбегает ступенями вниз, переходя в побитую временем дорогу. Страх за старые ошибки сжимает сердце сильнее...
"Учиха хотели восстать?!" - А хотели ли?
* * *
Раскаленное солнце жарит, словно пытается испепелить. Тень деревьев наоборот, холодит кожу, словно лед. Комок волнения подкатывает к горлу, сжимает его спазмом.
