— Прими наши поздравления, чемпион, — хлопнул его по плечу один из них. — На сегодня хватит. Пусть там кто-то другой занимает первые места, это неважно. Все знают, что чемпион — ты! Ведь сегодня было только двое первых: ты и Пешинский. И ты сделал его.
— А Бультерьер? — спросил Вечер.
— Его сняли. Говорят, собственный менеджер.
Машина тронулась. Когда выехали на дорогу, Вечер запоздало поинтересовался, куда они едут.
Водитель, такой же громила, как и те четверо, ответил:
— К одному человеку. Это он сделал так, чтобы ты бился сегодня с Пешинским.
— И при этом даже не смотрел бой?
— Он не переносит вида драки.
— Тогда я не понимаю…
— Все просто. Есть группа людей, которая поставила на тебя. А этот человек помог им сделать так, чтобы ты сегодня бился с Пешинским.
— Бескорыстно?
Водитель коротко хохотнул:
— Ты что, чемпион, это же Москва. Если он не взял деньгами, то взял чем-то другим.
По Бутырской улице они выехали на Дмитровское шоссе.
— Мы за город, что ли? — спросил Вечер.
— Да, — коротко бросил водитель.
— На Рублевку?
— Нет. Рублевка нынче не в моде. Теперь люди со вкусом предпочитают другие места.
Они ехали минут пятьдесят. Наконец машина остановилась возле особняка с натуральной черепичной крышей, две трети которого скрывали кроны деревьев.
Водитель распахнул калитку и кивнул Вечеру. Тот вошел, и они оказались в небольшом дендрарии. Таких деревьев он сроду не видел. Под деревьями росли цветы, настой их ароматов был таким густым, что кружилась голова.
— Жди, — сказал водитель и исчез.
Оставшись один, Вечер подошел к странному цветку на длинном стебле, ярко-желтому с красной окантовкой по краям листьев, и стал его рассматривать. В это время позади раздался негромкий голос:
— Ты любишь цветы, мистер Реактивный?
Вечер обернулся. Перед ним стоял седой худой человек лет шестидесяти.
— Не знаю, — ответил Вечер.
— Ты победил! — сказал человек, и это было не вопросом, а утверждением.
— Да! — произнес Вечер.
Человек внимательно посмотрел на него.
— Когда-то я тоже был таким. Нет, я не занимался боксом или чем-то подобным. Я был чемпионом в других сферах. Тебе здесь нравится? — он обвел рукой цветник.
— Здорово! — сказал Вечер.
— Ты искренен, а это хорошо. — Человек неожиданно протянул Вечеру руку и представился: — Георгий Константинович.
— Вечер! — Рука мужчины была сухой, на ощупь похожей на нагретое солнцем дерево.
— Какое редкое имя, — произнес Георгий Константинович. — С таким даже не надо брать псевдоним. Я бы пошел с ним в театр, на худой конец в цирк. Что же, приятно познакомиться. — Георгий Константинович достал из кармана пакет и протянул Вечеру: — Здесь пять тысяч долларов. О них никто не знает, кроме нас двоих. Это мое личное спасибо.
Вечер растерянно взял в руки конверт. Немного помявшись, он спросил:
— Но скажите, зачем вы все это делаете, если не интересуетесь боями? Даете деньги, устраиваете бой с Пешинским?..
Георгий Константинович задумчиво покачал седой головой.
— И не только с Пешинским. Еще будет встреча с тем парнем с собачьей кличкой. Как его?.. — Георгий Константинович наморщил лоб.
— Бультерьер, — подсказал Вечер.
— Да, Бультерьер. Ты должен победить и его. Я рассчитывал, что это произойдет сегодня, но менеджер внезапно снял его с турнира. Объяснил это тем, что у бойца внезапно поднялась температура. Скорей всего, это уловка. Ты должен победить Бультерьера, — опять повторил Георгий Константинович.
— Я постараюсь, — пообещал Вечер, думая о том, что этот человек так и не ответил на его вопрос.
Когда Вечер уже собрался уходить, Георгий Константинович вдруг заговорил:
— У нас с Игорем Сергеевичем свои счеты. Была одна история, очень давняя. Мы тогда были совсем молоды. — Георгий Константинович замолчал, глядя на Вечера. Он словно раздумывал, стоит ли говорить дальше, а потом решился. — А знаешь, тебе я, пожалуй, расскажу. Никому не рассказывал, не мог доверить, но ты другой, ты поймешь. Ты веришь в любовь?
— Конечно, — ответил Вечер.
— Может быть, ты и любил?
— Любил.
