— Ну, ладно, — я равнодушно пожала плечами. — Тогда мне будет очень интересно узнать, что же вы скажите в его защиту по поводу того, что произошло только что. Я помню, что вы сказали о своих способностях.
— Лика, ты знаешь, кто убил твоего отца? — сменил тему Савелий.
— Вы что, не можете просто ответить на мой вопрос? Зачем вы ворошите только начинающую заживать рану? — в сердцах воскликнула я.
— Девочка, я пытаюсь, но ты не позволяешь мне объяснить! — резко ответил Савелий. Я бросила смелый взгляд на него. Когда Савелий начинал злиться, вокруг него медленно начинала скапливаться какая-то неведомая мне сила. Что бы это могло быть? Неважно. Но все-таки смотреть на это было страшно. Словно прирученный им зверек, что-то темное, воздушное и подобное темному, едва заметному облаку, ложилось у него в ногах и начинало окутывать все его тело. Сам он начинал напоминать Дракулу из снятых людьми фильмов. Увидеть такого на экране — смех, да и только, но в жизни… Короче, мне стало не по себе. А еще эти черные радужки глаз, внимательно изучающие тебя и волосы, которые удачно завершали образ «еще одно слово и я за себя не ручаюсь».
— Нет. Я не знаю, кто убил моего отца. Впрочем, не знаю и кто убил мою маму, — выдохнула я.
— Твою мать тоже убили? — в черных, как ночь, глазах Савелия зажегся огонек удивления. Я только кивнула. — Когда это произошло?
— Давно, — я закрыла глаза не в силах сдержать ту боль, которая всегда появлялась в моей груди, когда я вспоминала о маме. Детские травмы намного болезненней, чем те, что мы получаем, когда вырастаем. — Мне было 5.
— Ты хочешь сказать, что Валентин не выяснил, кто убил его любимую? Он ведь любил ее?
— Ее звали Надежда. Да. Он любил ее, и я уверена, он сделал все, что мог, чтобы найти убийцу.
— Но?
— Но не нашел. Преступники словно исчезли, испарились. Ничто не могло навести людей отца на верный путь. Никаких следов, — пояснила я.
— Плохо искал, значит, — отрезал Савелий. Я попыталась возразить, но он остановил меня жестом. Нарваться на дедулю моего мужа в плохом настроении не очень хотелось. — Так ты теперь сирота? Совсем одна? — я снова кивнула. — И у тебя нет никаких родственников по матери?
— Нет. Только по отцу, — усмехнулась я.
— Тебе нужно было сразу сказать Дмитрию или мне о том, что твою мать тоже убили. Возможно, эти два убийства связаны между собой, — задумался он. — Ни о какой фиктивной свадьбе и речи идти не может. Даже если ваш брак с Дмитрием не удастся, мы позаботимся о тебе. Я даю тебе слово, — мда. Слово Старого Князя — это нерушимая клятва. Никогда не думала, что он так просто пообещает что-то незнакомой девчонке. — Ты не незнакомая девчонка, — тут же ответил на мои мысленные сомнения Савелий. — Ты дочь моего сына. В тебе течет его кровь. Отныне ты часть нашей семьи, и фамилия, которую ты носишь после заключения фиктивного брака с Дмитрием, не просто приложение к выполненному условию завещания, а имя, которое должно быть твоим по праву! — твердо сказал мужчина.
— У меня нет слов, — чуть слышно прошептала я, борясь со слезами, которые нежданно-негаданно навернулись на глаза. Мужчина подошел ко мне и заключил меня в успокаивающие объятия.
— Ты справишься с этим. Ты справишься со всем, Анжелика. Ты из нашего рода, рода Соколовых. Мы всегда проходили через любые испытания, уготовленные нам самой судьбой, с высоко поднятой головой. Ты тоже сумеешь. Я знаю это, — я не была в этом уверена, но все равно позволила маленькой частичке надежды проблеснуть в моем сознании. В это время Савелий взял меня за руку и куда-то повел. Я не разбирала дороги, потому что все еще пыталась смахнуть слезы, вызванные словами деда Дмитрия.
Мы зашли в какую-то комнату. Мужчина быстро усадил меня на стул, а сам сел напротив.
— Я привел тебя сюда, чтобы рассказать об убийстве твоего отца. Ты обязана знать это, — мягко сказал он. — Моя жена Элеонора, мать Валентина, решила сегодня навестить своего внука. Она ужасно переживала и, что скрывать, до сих пор ужасно переживает из-за смерти сына. Но сегодня она решила приехать и пожелать вам с Дмитрием всего самого наилучшего, а так как она, в отличие от тебя знает, что такое пресса, она сказала, что будет через 2 часа после начала приема, — я посмотрела на часы, которые висели на стене этой комнаты. Начало одиннадцатого. Как быстро летит время!
