Пьетро открыл было рот, чтобы сказать «да», но Скалигер жестом остановил его.
– Не спеши. Поручение опасное, сегодняшние твои подвиги с ним ни в какое сравнение не идут. – Кангранде вдохнул побольше воздуха. – Я хочу, чтобы ты нашел донну Катерину да Ногарола и сообщил ей, что мы очень скоро увидимся. А пока, если ей угодно, она может заняться ранеными.
Поручение казалось Пьетро легким, пока он не увидел округлившиеся глаза Марьотто.
– Донна Катерина была в палаццо, когда я заходил за оружием; сейчас она, наверно, где-нибудь в Сан-Пьетро или даже за стенами города. Если донна Катерина здесь, она, конечно, сама меня найдет, – чуть слышно закончил Кангранде.
Пьетро кое-как вскарабкался на коня, уже четвертого за день.
– Я все сделаю, мой господин.
«Что это за женщина, если сам Кангранде робеет?»
Скалигер кивнул в знак благодарности и удалился, тут же позабыв о юношах. Перед ним стояла другая задача – подсчет убитых.
Пьетро взглянул на Марьотто.
– Кто она?
Антонио придвинулся поближе.
Марьотто все еще лежал на спине и улыбался дурацкой улыбкой.
– Жена Баилардино. Подожди минуту, мы поедем с тобой. Тебе не повредит защита с тыла. Донна Катерина, как бы это сказать… слишком прямая.
– Прямая? В каком смысле?
Марьотто со скрипом поднялся на ноги.
– Донну Катерину не очень жалуют за то, что она спорит с Капитаном на людях и, как правило, выходит победительницей. Вот почему Кангранде не хочет с ней встречаться. Катерина устроит ему головомойку за то, что он не повидался с ней перед сражением.
Пьетро вспомнил обрывки разговора, подслушанные на ступенях палаццо. Что-то о женщине, надевшей мужское платье.
Антонио ушам своим не верил.
– Она спорит с Кангранде? На людях? Да кто же она такая?
– Его сестра, – садясь на коня, сверкнул глазами Марьотто.
В небе загорались первые звезды, когда трое счастливых обладателей боевых ранений различной степени тяжести во второй раз за день въехали в Виченцу. Юношей встречали радостные крики. Город гудел как улей; сотни людей стремились к воротам, словно обтекая троих всадников. Изумленный Пьетро повернулся к Антонио. Тот тоже смотрел разинув рот.
– Так вот как он это сделал, – благоговейно пробормотал Мари.
Горожане, спешившие к воротам, представляли собой замечательное зрелище. На головах у них красовались горшки и котелки, руки сжимали удилища и палки с привязанными струнами. Женщины, дети и старики славного города Виченцы, они же «лучники», все еще находились под впечатлением от собственной роли в битве. Они разгромили захватчиков падуанцев – теперь рассказов у очага хватит на несколько поколений. Они спешили за ворота, желая помочь загнать пленных, тащили собак, чтобы те настигли беглецов. Они жаждали мести. Их крики и свист ясно давали понять: они, в отличие от Кангранде, церемониться не намерены.
Глядя на импровизированные луки и шлемы, Пьетро в который раз восхищался смекалкой Кангранде. Какая-то старушка остановилась спросить, не ранены ли они. Пьетро отвечал «Va bene»,[24] отрицательно качнув головой. Старушка поцеловала его ступню и побежала догонять остальных.
– Это что, твоя зазноба? – Марьотто старался перекричать толпу.
– Ее случайно не Еленой зовут? – во всю глотку вопрошал Антонио.
– Заткнитесь.
Пьетро старался вспомнить все, что слышал от отца о Скалигерах. Перед глазами у него встали фрески работы Джотто из палаццо в Вероне. Бартоломео был старшим сыном старого Альберто делла Скала. Средний брат, коварный Альбоино, умер три года назад. Третий брат, получивший при крещении имя Франческо, с трех лет носил прозвище Кангранде. О дочерях Альберто делла Скала, кажется, никто не упоминал.
– Мари! – Пьетро назвал друга уменьшительным именем. Его отец был бы оскорблен в лучших чувствах.
– Что?
– Эта женщина… сестра Кангранде… она замужем за Баилардино да Ногарола, верно?
– Верно! – прокричал в ответ Марьотто.
– В чем дело? В чем дело? – надрывался с другой стороны Антонио, удивительно точно копируя интонацию Скалигера.
– Прекрати! – рявкнул Марьотто.
– Что прекратить? – Антонио скроил невинную мину.
Мари в притворном раздражении закатил глаза, затем обратился к Пьетро:
– Ну да. Сестра Капитана замужем за Баилардино.
– Ты вроде это уже говорил, – смутился Антонио.
Тут Пьетро осенило.
– Но ведь Кангранде воспитывался у Баилардино. Значит, донна Катерина должна быть много старше своего брата?
Марьотто хотел было податься вперед, но рана ему не позволила.
– По ее виду этого не скажешь.
Пьетро решил, что больше ему ничего не выяснить. По крайней мере, пока.
Они въехали в горевшую часть пригорода. Люди тщились спасти свои дома. Однако воду из колодцев доставали недостаточно быстро; кроме того, драгоценное время было потеряно в спорах, чей дом тушить первым. Юноши поспешили объехать толпу.
