О неких технических чудесах могут неучредительно разглагольствовать лишь телевещающие болваны, профаны, нечто говорящие и показывающие любителям-дилетантам. Тогда как арматором Вероникой профессионально и технологично без какого-либо сверхъестественного воздействия была нейтрализована сигнализация и вскрыт электронный замок на входе.
Два охранника не успели среагировать на открывающуюся входную дверь, моментально получив по заряду быстродейственного нарколептического спецсредства. Не успев ощутить естественную резь в глазах, они парализовано застыли за столом перед мониторами. Столь же статичную картинку пустующих помещений получили и следящие видеокамеры.
Двум взломщикам максимально быстро надлежало еще разобраться с замками и запорами на двери в хранилище. Да и на то, чтобы аккуратно, не повредив ее ценного содержимого, взломать банковскую ячейку, требуется какое-то время.
В обобщенной сложности им отпущены десять-двенадцать минут, прежде чем появится патруль карабинеров. Несомненно, жандармов заинтересует, почему же так неестественно приоткрыта дверь, ведущая в холл банка, а ведомственная охрана пребывает в потустороннем ступоре?
«Поберегись, посторонись! Вестимо, опять я — верблюд с грузом спецоборудования, на сей раз дополненного типично уголовным инструментарием: фомки, отмычки, сверла, лазерная дрель, пластиковая взрывчатка… Зато Нике сейчас шустрить, крутить, вертеть и хронометраж блюсти, точно швейцарские часы».
Время хитроумных грабителей подстегивало, поджимало. А доблестные римские карабинеры должны получить от начальства благодарность за успешное предотвращение попытки нагло ограбить банк. Постольку, поскольку Филипп решил обойтись по-простому без всякой тебе мистики, как его ни упрашивала Вероника, желавшая учинить загадочное и таинственное ограбление века.
По причине открытой незамысловатости действий грабителей все произошло просто и объяснимо. Варежку разинувших обормотов-охранников усыпили, мол, полицейским спецсредством и замки-запоры в подвальном хранилище проще-простого вскрыли точечными микровзрывами пластида в просверленных отверстиях. Однако до банковских ячеек преступные взломщики, по всей видимости, добраться не успели…
Таковы в общих чертах оказались очевидные выводы официального полицейского расследования обыкновенного чрезвычайного происшествия.
Заурядное событие, синьори миос. Мало ли в наши времена происходит попыток неудачных ограблений банковских сейфов? Полиция и жандармерия бдят недреманным оком. Допустим, преступникам и кажется, будто они хорошо подготовились и вооружились…
— …Зря это ты, Фил, мой любимый набор отмычек в сейфовом хранилище позабыл, растяпа.
— Не плачь, я тебе новые куплю. Или сама денежку отжалеешь. Вона, сколько камешков! Все, что ли, сплошняком апотропеи и талисманы?
— Не все. Но очень многие… Так полагаешь: за них твой синьор Альберини к нам претензии предъявлять никак не станет?
— Куда ему? Ежели мы молчком-тишком, в конкретике секулярно, прорицать нечего, Регул с изумрудом очевиден только мне. К тому же возможная ретрибутивность тут как тут, ситуативно не дремлет…
Могла бы сообразить, отчего моего итальянского прапрадедушку Альберини-Бланко-Рейеса в зону древнего зла понесла нелегкая…
— Что ж, тебе виднее, внучек…Ты, Фил, чего плохого не думай, я к тебе со всем моим арматорским уважением отношусь…
Между прочим, неофит. У меня твой генетический материал гораздо надежнее, чем в банковском сейфе, хранится.
— Могу вообразить! Поди, литра два откачала? На всю гильдию?
— Никому и не за что!!! Ибо не положено, и гильдейскими регламентациями запрещено. Как на исповеди, врать инквизитору не стану, очень, скажу, заманчивые предложения от коллег поступили.
Хрена им от лысого до лысого, а не твою сперму! В генотипе и фенотипе, сухостой и яйца на мошонку! Не забуду, не прощу, гадам…
Чтоб ты знал! Когда я послушание в гильдии терпела, меня заставили чужую яйцеклетку выращивать. Восемь с лихуем недель брюхатая ходила, пока фетусом в стеклотару не опросталась. Так и не сказали, для кого корячилась, с дикой реакцией отторжения на…сь, намучалась…
Кстати, у тебя, милок, нонче имеется такая же производительная привилегия. Только скажи и мужественно свеженькой эякуляцией тряхни.
Чуть что, помогу обзавестись яйцеклетками от любой, приглянувшейся вам, сударь, особы-особи. Материал я вам непорочно оплодотворю ин-витро и отложенным потомством гарантированно обеспечу на всякий несчастный случай в акцеденте и прецеденте.
«Мадре миа! Ну дела…»
— Говоришь, от любой?
— Ей-ей, какая тебе нравится.
— А от вас, барышня, можно?
— Ах, сударь, вы мне льстите. Но общего потомка нам с тобой, братец Фил, по уставу не положено.
Ты что, не удосужился открыть дополнение к «Регламенту орденских звеньев и прецепториев», оболтус?
— Представьте, в глаза его не видел, вашего спецдополнения, тетенька арматор.
