Лет сорок тому назад, неофит, эта моделька знай себе грациозно дефилировала на подиуме и славненько демонстрировала дамское белье, пляжные наряды. А для избранной публики — туфельки, сумочки, перчатки, зонтики, не драпируясь в тканые изыски от кутюр, — дала некоторые искусствоведческие пояснения Вероника, не отрываясь от монитора.
— Надеюсь, узнаёшь прообраз и прототип?
— Неужели!!? Мадре миа! Не верю глазам своим!
— Не говори, будто сиськами не вышла бикини-то демонстрировать. Я тогда носила размерчик чуток по-о-больше…
Филипп сопоставил данные, что-то у него в мозгах по-компьютерному щелкнуло, кликнуло, и он поверил. «Ага! Сиськи-то можно новые пришить… подрезать, вылепить, а бедра и талию никак. Либо они есть, либо нет, либо девать некуда. Ну дела…»
— Лет десять назад мне захотелось себя увековечить. Вспомнила бабка девичий век, повозилась в графическом редакторе, сваяла подходящие модельки, кинула их на трехмерный принтер.
Одну модельку мне отлили по первости в бронзе. Она у меня доныне в саду на даче стоит. Та в подражание Бенвенуто Челлини с моей нынешней грудью.
Вот эта же со старыми большими сиськами-ниппелями тоже отлита, но из мраморного порошка.
— Обалдеть!..
— Во-во, неофит, правильно. Гордись, какой же обалденный арматор над тобой трудится!
Двигай вон к тому столу, балдежный парень. В глаза твои бессовестные смотреть буду, охальник. Коль ты в мраморе всю мою интимную женственность до тонких фибров изучил, сеньор Кобелино.
Вслед за сеансом иридодиагностики настал черед исследования рефлексов и активности головного мозга. Потом арматор Вероника занялась сердцем, печенью и другими анатомическими потрохами подопечного. И прочая и прочая. На всю человеческую анатомию и физиологию.
Филипп бессловесно терпел и не кряхтел. Надо так надо. С докторами и начальством не спорят. Они нам от Бога приставлены. Прав Святой апостол Павел. Тем паче, если речь идет не о властях и князьях мира сего. О чем тут дискутировать?
Сказано: мазок из уретры — сымай штаны. Кал на анализ — поворачивайся задом. И не морщись, когда тебя доктор Ника глубоко и в простату обрезиненным пальцем тычет.
«Ой-ой-ой!»
— Годам к 30 у тебя непременно был бы трудноизлечимый простатит. К 40, возможно, полная импотенция типа патологии у нашего батьки-президента.
Отсель можешь не беспокоиться, я позабочусь, чтобы ты еще пару столетий как ныне активно кобелировал, мой дон Хуан-Фелипе Тенорио из Дожинска…
«Господи, помилуй и спаси! Слава в вышних Богу, а в докторах-андрологах — благоволение».
Ближе к полуночи арматор Вероника отпустила разумную душу рыцаря Филиппа на покаяние, а грешное тело — на ужин. Вдвоем они душевно перекусили и выпили по паре «Гиннеса». Перекурили это приятное дело парой сигарет «Мальборо» с душистым виргинским зельем и вновь за работу.
— Самое время немного позаботиться о твоих аксессуарах, рыцарь Филипп. Давай сюда сигнум.
Вероника вынула из левой мочки золотую сережку с аметистами и вместе с перстнем Филиппа поместила их в массивный металлический бокс на столе. Набрала несколько быстрых команд на клавиатуре, развернулась на кресле к подопечному:
— Сейчас твой рыцарский сигнум научится от моего артефакта распознавать новые органические и неорганические яды.
Помимо того, он у тебя отныне сможет глушить электронику в радиусе 20 метров и выводить из строя охранные устройства. А также с концами затирать данные на жестких дисках и сменных носителях флэш-памяти на расстоянии 10–15 сантиметров.
Процедура активации новых возможностей стандартная. Аналогично наведению локальной аудиовизуальной защиты. Ритуальное аккумулирование дивинативного потенциала в обычном катехизматическом порядке…
Ах, да, чуть не забыла. В старой прошивке твоего сигнума имеется допотопная система мысленного поиска. Такие камни еще архонты-харизматики применяли до Рождества Христова.
Я немного модернизировала это средневековое старье. Если ты когда-нибудь кого-нибудь хоть мельком увидел и вспомнишь его образ, глядя на активированный камень, то по топографической карте или в GPS-навигаторе сможешь обнаружить местонахождение искомого объекта в радиусе 50 метров.
Прочие возможности твоего сигнума стандартны. Включая динамис, направленный на сердце объекта поражения.
Судя по мощи твоего артефакта во время его инициации, вы сможете на расстоянии прямой видимости приостанавливать или необратимо прекращать сердечно-сосудистую деятельность выбранной цели.
— А динамис огня?
— Идентично. Только учти: твой камень провоцирует эндотермическую реакцию. Издавна таковые артефакты называют «луч ледяного огня».
На малой мощности весьма эффективно работает по незащищенным слизистым оболочкам. Хорошее средство устрашения — заморозить и разморозить оба глаза у врага. Боль адская, ощущения запредельные, но зрение почти не утрачивается. Со временем полностью восстанавливается.
Еще круче «ледяной огонь» действует на мужские и женские гениталии. Но тут необратимая фригидность или импотенция, считай, обеспечены…
