Открыв глаза одновременно с глубоким вздохом, Анжи ощутила острую жгучую боль на пальцах от ожогов. Дектан, опираясь на руки, нащупал трость на полу и, опираясь на нее, поднялся на ноги. На его виске зиял свежий небольшой ожог, костюм был опален.
– Ты как? – спросила его Анжи, поднимаясь на ноги и покачиваясь от головокружения.
На стенах все так же горели факелы магическим зеленым огнем, освещая руны. Каменные ящики с пеплом стояли уже совсем в другом порядке, а пентаграмма на стене сияла темно-оранжевым светом. Крылья демонов закрывали собой круг пятиконечной звезды. На стене, откуда их ударило смертельной волной, изображено солнце, которое плавно закрывал черный диск.
– Жить буду, – ответил Дектан и так же повернул голову к солнечному кругу. – Затмение ведь уже скоро… – озвучил он ее мысли.
– И магия всего мира станет осязаемой, – одними губами произнесла Анжелика.
Эту фразу бормотала Эшли как-то во сне. Анжи тогда не придала этому значение, но сейчас… Плохое предчувствие неприятно сдавливало грудь изнутри. В том году она игнорировала все, что было связано с ритуалом Кровавой Луны до последнего, а в итоге это получило прямое отношение к ней и к ее семье. Приближение солнечного затмения казалось куда более масштабным мероприятием.
– Франц тоже заикалась как-то о затмении, – подтвердил ее мысль Дектан.
– Не удивлюсь, если завтра мы узнаем, что она сожгла весь Юг, – фыркнула Водная.
Огненная буквально направила огонь против самой себя и привнесла что-то с собой по ту сторону стихии. Это пугало. А еще эти трещины и скрежет. Ей вспомнились слова Доминика о якоре. Получается, пока он жив, они могут друг с другом общаться, но что произойдет, когда грань рухнет? Анжелика подозревала, что Кейрис этот момент не предусмотрела.
«Но там был Химура». – Рука невольно сжала цепочку. Пятый Повелитель помог удержать дверь Франц, но остался по ту сторону.
– Главное, она отразила атаку, – вздохнул Дектан. – Ты чувствуешь это?
Анжи мотнула головой и прислушалась к склепу. Точно стрелки часов тихо тикали внутри стены.
Черный диск плавно перекрывал солнце, и некоторые ящики загорались огненным кольцом. Бросив взгляд на стену с анаграммой, она заметила соответствие линий на стене, что пересекали всю комнату, и пентаграммы.
– Помоги мне! – резко сказала Анжелика, подлетая к одному из зажженных ящиков.
– Объяснишь? – Дектан присоединился к ней, двигая их на клеточки вперед.
– Подсказка прямо у нас перед глазами. И что-то мне подсказывает, когда солнце в стене почернеет, карту мы уже не найдем.
Горящих ящиков с прахом оказалось тринадцать, и когда они двигали их в нужном направлении, линии на стене и потолке смещались. Теперь казалось, что солнце чернеет слишком быстро.
– Эта история была подсказкой! – понял, наконец, Дектан и активнее включился в работу. Простые ящики только мешали, их было раза в три больше нужных, но и их надо задействовать, заполнив пустые места в пентаграмме, которая у них образовывалась.
На простых ящиках нарисованы руны и буквы. Поглядывая на анаграмму, Анжелика ставила их в соответствующем порядке, и в центре образовавшегося узора медленно начал подниматься вверх один ящик из-под земли.
Солнце в стене почернело. Свет огненного кольца заливал комнату ярким золотым светом. И жар был настоящий, как от полыхавшего пламени.
Слепой встал рядом с выходом, приложив ладонь к стене. Всю комнату затрясло.
Кивнув, Анжелика, перепрыгивая сквозь ящики, добралась до центра, и дыхание перехватило спазмом. Темная сила сочилась от него, цепляя в свои сети. Голова кружилась сильнее. Время будто замерло, и тряска тут уже совсем не ощущалась. Она видела свернутый старый пергамент.
Первый яркий луч заполонил комнату, и центральная плитка медленно начала опускаться вниз. Когда она схватила карту, с потолка посыпалась каменная пыль. Грохот стоял в ушах. Она ничего не могла сделать.
Холодная сталь клинка Небожителя легла в ладонь, она разрезала ею воздух, и опьяненный разум к ней вернулся.
Крепкая рука схватила ее и потянула на себя.
– Дектан! – воскликнула она, радуясь, что он ее вытащил, но, обернувшись, увидела лицо Химуры с темным цветом волос.
Дектан все это время стоял у входа, сдерживал сдвигающиеся стены. От напряжения его лицо раскраснелось, а на лбу проступили вены.
– Уходим, – сказал Акаши и помог ей выбраться из плена древней энергии волн.
Анна сидела в кресле за столом и что-то писала на чистом листе бумаги с молниеносной скоростью. Глаза супруги были встревожены, а рука заметно тряслась, искажая почерк.
Вчера после собрания совета и его решения Евгений так и не застал жену в их покоях, в столовой, да и во всем замке. Правду говоря, он уже терял надежду на разговор.
Он постучал по приоткрытой двери, и жена тут же подняла на него взгляд.
– Здравствуй, – ласково сказал Евгений, пересекая порог их покоев.
Последний раз он ночевал тут перед похоронами отца, и теперь сама атмосфера когда-то привычных вещей казалась совсем чужой.
