– Без твоего кода безопасности мы взлетим на воздух, мы уже поняли.
Ольфур откашлялся.
– Позволю себе напомнить, что мое время весьма дорого стоит…
Контрабандистка наклонилась вперед, не смущаясь механической руки, раскрытая клешня которой парила над ее головой.
– И часто у тебя бывают неудачи?
– Редко. Я обещаю тебе, что буду предельно внимателен – я в этом тоже заинтересован, – он пошевелил своими культями, что явно не подняло Шаре настроение.
– Поторопитесь, – посоветовал Кранит.
– Только не слишком, – уточнила Шара.
Ольфур протянул ей бластер рукояткой вперед.
– Возьми и больше не путайся у меня под ногами, – снова раздался его гогочущий хохот.
Она молча запихнула оружие в кобуру.
– Предлагаю перебраться в кабину, – сказал Ольфур. – Там у меня все инструменты.
Муза указала в глубь коридора. Иница в нетерпении рванулась с места, но путь ей преградила свесившаяся сверху механическая рука.
– Тебе и твоему капитану там делать нечего, – заявил Ольфур. – Слишком опасно.
Шара прикрыла глаза.
– Может, хватит уже это повторять?
– Кранит, – попросил Ольфур, – подожди с молодыми людьми снаружи. И Музу возьми с собой. Если что-то пойдет не так, не должны пострадать все разом, – он протянул руку, и ее тут же сжала Муза. – Особенно ты, любовь моя.
– Как мило, – сказал Гланис.
А Иница подумала, что Ольфур, по всей видимости, правда питает к Музе самые теплые чувства, и для него не имеет ни малейшего значения, что у нее под синтетической кожей. Карлик и девушка постояли, держась за руки, затем он отпустил ее, убрал механическую клешню и поплыл вниз по коридору.
– Пойдем, Шара.
Контрабандистка бросила на остающихся тревожный взгляд и последовала за Ольфуром.
Муза открыла переборку; вид у нее был такой, словно она никак не могла взять в толк, почему Ольфур ее отсылает. Затем ее лицо вновь озарила кроткая улыбка.
– Не беспокойтесь. Он поможет вашей подруге.
Никто не возразил, что Шара им никакая не подруга. Иница подозревала, что контрабандистка и сама считает примерно так же.
Кранит первым ступил на трап. Грузовое судно Ольфура и «Кночи» были пришвартованы в самом конце посадочной площадки, поэтому людей вокруг почти не было. Иница и Гланис последовали за Кранитом, последней корабль покинула Муза, и закрыла за собой переборку.
– Когда он в последний раз разряжал ошейник? – спросила Иница.
– О, давно.
Для машины формулировка была на удивление расплывчатая. Похоже, Муза переняла привычку Ольфура не давать ясных ответов.
– Пару недель назад? – уточнил Гланис. – Пару месяцев?
– Шесть земных лет, – ответила Муза, – три земных месяца, одну земную неделю и четыре земных дня назад. Могу назвать точное время, если пожелаете.
– Спасибо, – сказала Иница. – В этом нет необходимости.
Гланис повернулся к Краниту, который мрачно смотрел на кабину грузового судна. Было невозможно разобрать, что происходит за узкими окошками.
– У него получится?
– Когда-то он отлично управлялся с ошейниками.
– До несчастного случая?
Кранит кивнул, и Гланис выругался.
Муза подошла к Инице.
– Мы могли бы стать подругами – ты и я. Было бы славно.
В первую секунду Иница растерялась. Затем кивнула:
– Я с радостью.
– Ты любишь книги?
– Да.
– А музыку?
– Кто же ее не любит?
Муза просияла.
– Мы непременно подружимся!
– Я начинаю ревновать, – заметил Гланис.
– О, – сказала Муза, – я вовсе этого не хотела.
– Ничего, ничего, – Иница легонько коснулась ее руки. – Он это не всерьез.
– Разве что самую малость, – стоял на своем Гланис.
– О-о, проклятье! – голос Кранита заставил их всех обернуться. – Только их нам не хватало.
Прохаживаясь по посадочной площадке, он дошел до промежутка между грузовым судном и «Кночи» и там остановился как вкопанный. Иница и Гланис поспешили к нему, Муза – за ними.
Проследив за взглядом оружейника, устремленным в просвет между двумя кораблями, они увидели третий, несравнимо больший, который вплывал на станцию через открытые ворота ангара.
– С эстетической точки зрения великолепное судно, – оценила Муза.
– Куча пушек, – отрезал Гланис.
– И добрая сотня солдат на борту, голову даю на отсечение, – добавил Кранит. – Сотня – это по меньшей мере.
– Раз уж зашла речь о солдатах, – Гланис вытащил бластер и указал дулом на посадочную площадку. – Разве там было столько охраны, когда мы прилетели?
Иница услышала, как выругался Кранит, но не могла отвести глаз от крейсера, парившего в центре исполинского ангара. Подобные ей приходилось видеть на Кориантуме. Он был раз в пять больше «Кночи», почти идеальный овал корпуса портил лишь неуклюжий двигательный отсек на корме.
– Они по нашу душу, – она узнала черную надпись на фюзеляже – блестящие, как смоль, гигантские буквы. И инстинктивно сделала шаг назад. – Это «Кавдор Терминус». Корабль Хадрата.
– Назад к Ольфуру! – крикнул Гланис.
Кранит покачал головой.
– Его корабль слишком медленный.
Порывшись в карманах, он извлек небольшой пульт управления, которым его при продаже «Кночи» снабдил Кальтар Пин. Стоило нажать на кнопку, как рот месяцеликого корабля открылся и к посадочной площадке протянулся трап.
– Давайте все внутрь!
