Причем, как нам известно, никаких подлинников ни из русских, ни из казанских, ни из астраханских, ни из других «книг на татарском языке и бумаг с татарскими письменами» с того времени на данную тему не сохранилось.
Имеются вполне достоверные сведения, что Казанское ханство могло в XVI в. «выставить войско в тридцать тысяч человек, преимущественно пехотинцев, среди которых черемисы и чуваши — весьма искусные стрелки» (23, 170).
Но татары, что общеизвестно, все были кавалеристами, и без коней не воевали (там же, 168–169). И хотя татарин мог воевать пешим и весьма отважно, но — только будучи «сброшенным с лошади», и только в исключительных случаях. Хотя при необходимости мог татарский воин сражаться с не меньшей отвагой и успехом даже без оружия, оказавшись по какой-либо причине без него (там же, 116), и даже против нескольких противников (42, 231).
Татарский мир того времени был весьма обширен. Кроме Касимовского ханства и Темниковского княжества татары жили также в Южной Сибири, в бассейне реки Яик (ныне Урал), на Южном Урале, Нижней и Средней Волге, в Крыму, Северном Причерноморье и в степях от Северного Кавказа (р. Кубань) до Волги включая, Донские степи, где татары жили во множестве среди казаков.
Возможно, Казань и была в то время крупнейшим торговым центром и богатейшим городом Поволжья. Но, учитывая изложенные выше сведения о Касимовском ханстве и государстве темниковцев-татар, можно предположить, что еще один центр культуры и «престижа в татарском мире», по крайней мере, не менее значительный, чем Казань, находился тогда западнее Казани. Тем более в Касимове и его окрестностях (мы уже знаем, какие это «окрестности» — занимающие огромную по тем временам территорию и узел основных дорог в восточные страны Темниковское княжество — «Царство Тюмень» или «Заволжская Орда») обнаружено наличие множества татарских и других исторических документов, которые могут и сегодня составить внушительную библиотеку (105).
«В широкой распространенности восточных книг в Касимове в XV–XVII веках сомнений быть не может — это убедительно показали результаты археографических экспедиций 1964 и 1966 гг. Например, автором этих строк были выявлены и приобретены у населения Касимова сотни рукописей» (там же, 54). Это рукописи и книги, относящиеся к периоду времени с XIII по XVII столетие включительно — «татарские, турецкие, крымско-татарские, староузбекские и арабо-персидские… (
А вот мнение официальных историков Татарской АССР, высказанное в точном соответствии с продолжением легенды об «официальной и тайной истории о монголах»: все эти древние документы и литература, полагают они, туда «попали, видимо, из Казанского ханства, скорее всего тогда, когда Касимовские мирзы грабили павшую Казань» (там же, 54).
И потомки этих «мирз» доверчиво отдавали ученым-историкам бережно сохраненные их предками в течение веков бесценные реликвии…
Но все-таки не в «грабеже павшей Казани» дело, а в том, что Темников и Касимов были весьма значительным культурными центрами татарского мира после падения Орды-Центра Улуса Джучи.
И центрамм не только культурнымм, но и политическим, как мы и видели выше из сведений С. Герберштейна. Во-первых — поскольку при «выяснении отношений» между Казанью и Московией, на стороне которой были Касимов и Темников, Казань не находила никакой поддержки от татарского мира[225]. Напротив, и это общеизвестно, весь остальной татарский мир поддерживал лояльные отношения с Московией, и соответственно, с Темниковым и Касимовым.
И, во-вторых — весь остальной татарский мир признал власть Москвы и, соответственно, Касимова и Темникова во второй половине XVI в., без какого-либо сопротивления. Исключением было Крымское ханство, которое стало к тому времени фактически провинцией Турции (после переворота и резни сторонников законного хана, совершенных протурецкой группировкой при поддержке турок).
