Полностью согласуются со сведениями В. П. Васильева о татарах Чынгыз хана, обитавших на западе Центральной Азии (а не в восточной ее части, вопреки утверждениям официальных историков «по монголам»), следующие данные, приведенные в работах С. Г. Кляшторного: «владения татар в Западном крае (Восточный Туркестан, северо-запад Китая. —
В «…«Худуд ал-алам», анонимной персидской географии X в., татары названы как соседи и союзники токузогузов, то есть уйгуров, а Восточный Туркестан назван «страной токузогузов и татар» (53, 132).
Дополним это замечанием В. В. Бартольда — применительно к теме данной главы — о том, что в том же «анонимном Худуд ал-алам татары также названы частью тугузугузов» (уйгуров) (8, 559).
«Весьма важны упоминания «чиновного лица (амга)», который «пришел от татар», в деловых письмах из Дуньхуана на тюркском и согдийском языках (конец IX–X вв.), интерпретированных Гамильтоном и Н. Симс-Вильямсом» (53, 132).
Также С. Г. Кляшторный приводит следующие сведения: Махмуд Кашгари «обширный регион между Северным Китаем и Восточным Туркестаном называет «Татарской степью… в IX–XII вв. на территории Ганьсу и в Восточном Туркестане существовало государство татар, известное и китайским дипломатам, и мусульманским купцам» (там же, 133).
Теперь понятно, где располагалась «отдаленная и пустынная страна», куда позже империя Цзинь направляла «войска для истребления и грабежа» татар, которых организовал для отпора и разгрома этой империи «Темучин», будущий Чынгыз хан (17, 227, 228). Располагалась эта страна именно на северо-западе современного Китая и в Восточном Туркестане, «стране тогузугузов и татар».
Теперь приведенные чуть выше данные С. Г. Кляшторного и В. В. Бартольда сопоставим со следующими сведениями В. П. Васильева — это из перевода «Записок о монголо-татарах» Мэн-хуна: «Земля, откуда явились татары, лежит на северо-запад от киданей, их поколение происходит от шато’сцев[75] … в соседстве с ними находятся уйгуры» (там же, 216, 219).
Мэн-хун также сообщает: «Между уйгурами был некто по фамилии Тянь, весьма богатый и ведший торговлю на огромные суммы, он часто посещал Хэбэй и Шан-дунь» (там же, 228). «Вместе с чжа’сцами[76] он начал рассказывать татарам о богатствах», «подстрекая их к собранию войска и вторжению в Цзиньские пределы…». «И Темучинь, который уже питал неудовольствие за притеснения, вступил в пределы и, завоевав, истребил все пограничные места» (там же).
Как видим, и «татары до Чынгыз хана», и «татары Чынгыз хана» — это один и тот же народ, этнос, будущие создатели державы монголов, про которых Мэн-хун отмечает также следующее: «У татар, как старые, так и молодые, и теперь все припоминают слова яньских разбойников (т. е. нючжисцев)[77], как они им говорили: «наше царство подобно морю, а ваше — горсти песку: куда же вам с нами справляться!» Только тогда уже, когда была взята западная столица, вздрогнули как царь, так и вельможи разбойников» (16, 228).
Но не только в районе гор Иньшань и западнее, в Ганьсу и в Восточном Туркестане, «смешивались» тюрки-шатосцы и уйгуры с татарами. Причем «считали для себя достоинством относить себя к ним и называться этим именем» татар (87, 102), как мы видели, с VIII по XII вв. и позднее.
Оставшиеся от перехода к Иньшани в VIII — начале IX в.(808 г.) тюрки-шато — одна из их групп племя чумугунь — обитали западнее Тарбагатая и Алтая, сохранив самостоятельность. «После распада Западного Тюркского каганата и ухода части Чуйских племен на Восток в 808 г. этносы Восточного Казахстана и Западной Сибири были предоставлены сами себе до тех пор, пока там не сложилась новая держава» (35, 224). То есть Кимакское государство (там же, 223–227).
Как пишет В. В. Бартольд, персидский географ Гардизи (IX в.) называет татар также и частью кимаков, обитавших на Иртыше (8, 559).
И Махмуд Кашгари, применительно к данному случаю, указывает места обитания татар вместе с кимаками (йемеками) на реках Иртыш — Тобол (район примерно треугольника — Курган — Омск — место слияния Тобола и Иртыша; район Ишимской равнины и Зауралье).
