Л. Н. Гумилев также отмечал, что после распада державы монголов «название татар в XV в. закрепился за группой поволжских, крымских и тюменских тюрок, сохранивших верность потомкам Чингиза» (там же). То есть, те «тюрки» которые сохранили свое этническое самоназвание «татар» и помнили свое родство с Чынгыз ханом, продолжали называться татарами и после распада монгольской державы, а те «тюрки», которые лишь «собирательно» назывались татарами, и те, которые не применяли никогда это название в качестве самоназвания — возможно, перестали так называться (другими дальними и ближними соседями, которые иногда собирательно называли их татарами — например, «татарское войско», «чиновник татарского государства» и т. п.).
Поэтому полагаю, что следует согласиться также и с тем, что «расширенное применение термина «татар» для XIII–XIV вв. правомерно» (там же). Но дополним, основываясь на вышеизложенном — также применение термина «татар» в узком, этническом смысле, как названия народа, этноса татар, абсолютно правомерно и для XIII–XIV вв., и для более раннего периода истории (VIII–XII вв.), и для более позднего (XIV–XVIII вв.), который будет рассмотрен в нижеследующих разделах. Да и для современного, согласитесь, периода, правомерно применение термина татар в узком, этническом смысле. И, несомненно, народ (этнос) татар существовал с древних времен, и «сохранил верность потомкам Чингиза», свое имя и память о Чынгыз хане, именно потому, что был его родным народом.
В предыдущей части данной работы были приведены не являющиеся широко известными и не особо «популяризуемые» официальной историографией сведения о древних и средневековых татарах, данные об их этнической принадлежности, их отношении к «татаро-монголам Чынгыз хана». И мы могли убедиться, что при объективном сопоставлении приводимых сведений из различных источников становится ясно, что утверждение об «отсутствии» в период раннего средневековья такого этноса, как татары, противоречит фактам.
Имеются веские основания полагать, что этнос под названием «татары» существовал задолго до возникновения, и во время становления и процветания державы монголов Чынгыз хана и не исчез с исторической арены с утверждением власти монголо-татар на значительной части Евразии. Более того — само становление империи, произошло именно «благодаря силе и могуществу татар», направленных их лидером Темучином и его соратниками, в силу сочетания различных объективных причин и условий, на организацию единого государства, объединившего различные народы (этнические общности) Евразии.
Но каковы были мотивы, причины и условия, при которых началось и успешно развивалось движение монголов? Как были совершены военные походы, в сложнейших даже для современных армий условиях, в результате чего, как полагают, появилась столь внушительная держава? И главное — как все это удалось народу, пусть даже, как мы выяснили выше, не «маленькому и бедному», но с запада и востока имеющему могущественных и отнюдь не безобидных соседей?
Предлагаемые в классической западнической историографии мотивы, причины и условия, в силу которых были совершены «кровавые и опустошительные монгольские завоевания, разрушены древние цивилизации», нам известны и рассмотрены вкратце в предыдущей части. Они удовлетворительного и вразумительного ответа на поставленные вопросы не дают.
Как произошло чудесное превращение «бедного и неграмотного кочевого рода Борджигинов» в могучий клан, под власть которого мгновенно (по историческим меркам) устремилась половина «цивилизованного» мира, официальная концепция истории не предлагает.
И никоим образом не объясняют феномен высокой организации государственного и военного управления, явившихся основой побед монголо-татар, предположения вроде наличия «гениальных дарований у предводителя полудиких кочевников», помноженных на «здравый смысл дикаря» (8, 254). Также недостаточно объяснение успехов монголов усвоением их гениальным предводителем и самими «дикарями» «ценных советов» не менее гениальных изгоев из числа «культурных народов», вдруг пожелавших стать (и успешно ставшими) своеобразными «наставниками неграмотных аборигенов степей Центральной Азии» (там же).
Официальной исторической концепции о создании монгольской державы предками халха-монголов — неграмотными кочевниками — противоречат многие и многие факты, которые приводились в первой части данной работы.
