Корона Ордынской империи, или Татарского ига не было полностью

Защиту торговых караванов предоставляли татары, которым «принадлежала гегемония в Степи», чьи владения простирались «от верхней Оби до Нижней Волги и от низовий Сыр-Дарьи до сибирской тайги» (35, 223). И к тому же, как мы уже знаем, Кимакский государь имел непосредственное влияние на «тюркских царей» и назначал кыпчакских ханов. Как отметил Л. Н. Гумилев, «кыпчаки (половцы. — Г.Е.) были частью племенного союза кимаков. И те, и другие не были степняками в собственном смысле этого слова. Кыпчаки спустились с Алтая, кимаки жались к берегам Иртыша. И потом, распространяясь на запад, куманы держались лесостепной зоны, то есть сосновых боров и рощ, в те времена простиравшихся к югу от озер Зайсан и Тенгиз (по обе стороны 50 параллели северной широты). Ныне там голая степь, но это плоды деятельности человека, умеющего губить природные богатства» (35, 235). Речь идет о расселении татар от Джунгарии, Алтая, Иртыша на Запад.

Скорее всего, и государство татар в Восточном Туркестане и Северном Китае, и государство кимаков-татар усилились и расширили свои владения именно вследствие контроля за транспортировкой шелка: охраны и сопровождения караванов, сбора проездных пошлин в оплату за обеспечение безопасности. Ведь для этой службы нужны были выносливые, мужественные, и главное — дисциплинированные люди, к тому же с чувством огромной ответственности за порученное дело.

И должны были иметь эти люди, охраняющие и сопровождающие караваны, отличную боевую выучку и хорошее вооружение — им постоянно приходилось иметь дело с превосходящими силами противника (редко какой разбойник нападет на жертву, не убедившись, пусть и ошибочно, в превосходстве своих сил).

Таким образом, распространение древних и средневековых татар, их расселение и создание их государств происходило, в основном, вдоль караванных путей X–XII вв.

Уйгуры еще в 1Хв. «построили роскошный город — Каракорум, ставший резиденцией хана. Каждые три года только в Минусинскую котловину приходил караван арабских купцов из 20–24 верблюдов, нагруженных узорчатыми тканями. «Страна диких нравов… превратилась в страну стремления к добрым делам», — писал манихейский миссионер в IX в.» (35, 198). Но и после распада Уйгурского каганата «страна тогузугузов и татар» сохранила контроль над Великим Шелковым путем (там же, 199).

А держава монголов началась именно с возрождения Каракорума в начале XIII в. И мы знаем, что «татары в старину» — это для жившего в XIII в. Ибн аль Асира — уже проникли в Западный Туркестан (Средняя Азия) и в те земли, которые лежат за ним на запад, и «захватили города», в том числе Кашгар и Баласангун (101, 5). То есть шли именно по торговым путям. При этом наращивает борьбу за торговые пути в направлении на восток «мусульманский мир» в лице Хорезмского шахства.

Контролируя торговые пути и охраняя торговые караваны, татары сами, естественно, приобщались к торговле. Они покровительствовали торговле, сам Чынгыз хан заботился об обеспечении безопасности торговых путей и о максимально возможных по тем временам удобствах для идущих караванами купцов и сопровождающей их охраны (73, 112–119).

«В международную торговлю вкладывали огромные средства, иностранные купцы пользовались особым покровительством, велось гигантское дорожное строительство, у рек организовывались постоянные переправы, над ущельями наводились мосты, в скалах пробивались проходы, по обочинам путей для путешествия зимой ставились вехи или насаждались деревья, и через каждые 30–40 км от Таны (Черноморское побережье. — Г.Е.) и Астрахани до Ханбалыка (Пекина) были построены станции (ямы), где кроме запасов продовольствия, сменных повозок, верховых и вьючных животных всегда размещался вооруженный отряд от двадцати до тысячи человек. По прихоти этих правителей на пустых местах сказочно быстро вырастали торгово-ремесленные центры» (там же, 120). Остается добавить к этому — и Рим, и Москва, и Лондон с Нью-Йорком тоже, если следовать логике автора приведенной цитаты, выросли благодаря «прихоти правителей», точнее, человеческой «прихоти» жить лучше и интереснее. И побольше бы правителей было в истории человечества с подобными «прихотями», стремящихся, чтобы было хорошо не только им самим, но и другим людям.