В народе их уже давно прозвали шайкой Сверкающих Клыков Цербера, ведь острые сабли знаменитой триады, словно смертоносные орудия убийства одного из самых опасных дьявольских существ, безжалостно вонзались в плоть несчастной жертвы, не оставляя на выживание ни единого шанса. Публика обожала подобные зрелища; девушка, возглавляющая демоническую троицу, – ненавидела всей своей грешной душой.
========== Часть I ==========
На арене, освещённой десятками пылающих факелов, одновременно раздался оглушительный вой звучных сирен. Внушительных размеров тяжёлые врата с характерным постукиванием начали медленно открываться, после чего нетерпеливые и жаждущие долгожданного представления зрители громко завопили и засвистели, поднимаясь со своих мест на ноги для более удачного обозрения.
Вскоре на историческое поле битвы из широко распахнутого входа неторопливо вышли трое, из-за чего гул толпы мгновенно поднялся в несколько раз, радостно приветствуя группу лучших воителей столицы. В народе их уже давно прозвали шайкой Сверкающих Клыков Цербера, ведь острые сабли знаменитой триады, словно смертоносные орудия убийства одного из самых опасных дьявольских существ, безжалостно вонзались в плоть несчастной жертвы, не оставляя на выживание ни единого шанса. Публика обожала подобные зрелища; девушка, возглавляющая демоническую троицу, — ненавидела всей своей грешной душой.
Хьюго Дастер и Феликс Хангрест, идущие чуть позади их главнокомандующей, всем своим видом излучали безграничную гордость и небывалую высокомерность, вполне присущих любому демону, однако в их случаях эти качества были чрезмерно завышены. Парни с нескрываемым удовольствием наслаждались теми восхищёнными криками, посвящёнными в честь легендарной тройки, и лишь одна Франциска Тайрегросса, опустив голову, мысленно проклинала каждого, кто посмел явиться сюда за очередным представлением.
Немного не дойдя до середины арены, шайка остановилась на заранее установленном для них месте, ожидая выхода нового соперника.
Сливающиеся в единый шум перекрывающие друг друга возгласы не прекращались ни на секунду, всё сильнее раздражая молодую воительницу. Девушка терпеть не могла все эти кровавые и безжалостные побоища, неустанно развлекающие публику; с едва преодолимым трудом переносила вид умирающего на её глазах ни в чём неповинного адского существа; боялась встретиться с многозначительным взглядом того, кто дышал раненой грудью в последний раз. Франциска не хотела сражаться, и всё же покорно продолжала подчиняться воле их Императора, в бесчувственности и бессердечности которому не было равных, даже несмотря на то, что Дамастра, как и сама Тайрегросса, был человеком.
Воительница всё же подняла голову, чтобы вновь бросить на предводителя свой очередной гневный взор. Рейнгарт подвергался этому маленькому ритуалу абсолютно каждый раз, как только Франциска появлялась на арене, однако в ответ девушка всё время получала лишь неизменную хладнокровную полуулыбку и пляшущий озорной огонёк в изумрудных глазах, говоривших сами за себя — Дамастра чувствовал своё многократное превосходство и никогда этого не скрывал. Взаимная неприязнь стремительно росла с каждый днём, чем-то даже забавляя Императора и вынуждая Тайрегроссу тренироваться ещё усерднее, чтобы однажды сойтись с главным своим соперником в непредсказуемом и кровопролитном поединке, из которого живым должен был выйти только один.
Широкая и богато украшенная стойка, расположенная посреди прочих многочисленных мест зрителей, — как раз над вторыми вратами, из которых, как правило, выводили чудовищных звероподобных существ, — занимала довольно значительную площадь и являлась специальным местом для высокопоставленной персоны Императора. Хоть она и была ограждена четырьмя ярко пылающими факелами, Дамастра при этом мог спокойно оставаться в тени. Тем, кто сидел на трибунах, был представлен лишь тёмный величественный силуэт Рейнгарта, от которого все, затаив дыхание, трепетно ожидали приказа наконец начать бой.
— Что-то он сегодня медлит, — недовольно протянул Хьюго, демонстративно вздохнув и закатив глаза.
— Держит интригу, наверное, — пожал плечами Феликс, а затем усмехнулся и хитро сверкнул глазами. — Сегодня нам обещали грандиозное сражение!
— Я слышала только то, что соперник даже для нас может оказаться слишком серьёзным, — поддержала разговор их главнокомандующая, всё же отводя взгляд от объекта своей неистовой ненависти.
Со своими напарниками Франциска всё же старалась держаться в хороших отношениях, хоть и схожего с ними у неё было довольно мало. Хьюго и Феликс действительно являлись самыми настоящими демонами, но не только по истинному происхождению, а ещё и сердцем, разумом и «душой», если можно было так выразиться в этих случаях. Жестокость, отсутствие даже малейшего сострадания и жажда кровопролития — вот главные их составляющие, что хоть и в колоссальном избытке, но всё же присутствовали в самой Тайрегроссе. Жизнь в столице за много лет сказалась на девушке и порой давала о себе знать в самый разгар яростной схватки, за что впоследствии она каждый раз неумолимо корила себя.
