Valdemar Baldhead
(Waldemar Lysiak)
Koronacja
Вальдемар Болдхид
Коронация
Услышав за спиной тихий скрип двери и подумав, что это служитель дона Ансельмо, Витторио не обернулся. Франко и Джулиано тоже не шелохнулись — все трое почтительно слушали лежащего в кружевной постели старца, который говорил, с трудом преодолевая одышку. Его хрипящий голос звучал все тише и тише, а паузы, заполненные тяжелым дыханием, становились просто невыносимыми. И тут вдруг раздались слова, бесстрастные, как тиканье ходиков:
— Руки вверх и не шевелиться. Чуть что, стреляю без предупреждения.
Затем послышался тяжелый топот, и в комнату ввалились какие-то люди. Чьи-то руки, ища оружие, ловко ощупали карманы пленников.
Витторио сразу сообразил, что кто-то из этих двоих решил разыграть комедию и что обыскивают его «гориллы». Только чьи это люди? Кто рискнул силой захватить трон — Франко или Джулиано?
Но, едва повернув голову, он так и застыл вполоборота: в глазах зарябило от полицейских мундиров.
Давно уже Витторио Матта приучил себя ничему не удивляться. И за последний десяток лет вряд ли что-либо произвело на него большее впечатление, чем эти полицейские. Он скорее мог ожидать их в полночь у себя в спальне, чем здесь, в тайной резиденции босса боссов, о которой знали одни «капо» — самые надежные члены мафии. Безграничная растерянность Витторио даже помешала ему обрадоваться, что это не номер, подстроенный одним из конкурентов, — в таком случае он не успел бы и перекреститься.
Пятидесятидвухлетний Витторио Матта возглавлял отделение организации в южных штатах. Сегодня он без энтузиазма ехал сюда, в Дейтон, понимая, что шансов у него почти нет. Еще бы: он моложе двух других и любимчиком дона Ансельмо его никак не назовешь. Хуже того, три года тому назад Витторио вызвал яростный гнев дона Ансельмо, пойдя на операцию в Лас-Вегасе, после которой полиция чуть было не раскрыла их каналы по переброске наркотиков из Мексики. Впрочем, успехи у него тоже были: ни одного десятиграммового пакетика героина нельзя было продать или купить на юг от Денвера и Канзаса без его ведома, да еще сеть магазинов самообслуживания, банки в Техасе, нефть… Джулиано, шеф мафии в восточных штатах, и Франко, «капо» западного побережья, ни в чем ему не уступали, да к тому же могли похвастаться большим стажем и Сицилией как местом рождения, тогда как он родился в Далласе, в семье сицилийских иммигрантов. А дон Ансельмо приехал в Америку после первой мировой войны и любил таких, как он сам, «ребят с острова».
Дон Ансельмо угасал. Старику стукнуло уже 87 лет, и последние одиннадцать из них он правил организацией, заслужив прозвище «Великий босс-победитель». Ему здорово везло, Витторио знал об этом по рассказам, которые звучали фантастичнее историй о Фантомасе. Он решил захватить верховную власть и добился ее, орудуя пистолетом, методично убивая тех, кто стоял на его пути. Первые два года его правления мафия переживала кризис — члены ее сводили старые счеты и мстили друг другу. Справившись с хаосом, дон Ансельмо поклялся никогда больше не допускать ничего подобного. И поэтому теперь, когда врачи сказали ему правду, он призвал к себе трех «капо», чтобы одного из них провозгласить королем всей организации — «капо ди тутти капи».
Полиция ворвалась в комнату в тот самый момент, когда дон Ансельмо подавал им крест для присяги. Они должны были поклясться, что подчинятся любому его решению и что не будут пытаться захватить власть силой. Это был чисто символический жест, один из многих, что шеф так полюбил к старости. Жест тем более бесполезный, что за исполнением принятого решения все равно проследила бы секретная карательная группа, что-то вроде внутренней жандармерии, которую шеф создал восемь лет назад и руководителя которой, «капитано», знал только сам дон Ансельмо.
Стоя неподвижно, Витторио физически ощущал закипающую в нем ярость и бессильную злобу. Когда им разрешили опустить руки и обернуться, он увидел с десяток вооруженных полицейских и высокого шатена в костюме цвета моренго. Держа руки в карманах пиджака, человек этот внимательно разглядывал их и молчал. Первым не выдержал Джулиано:
— Это грубое насилие! Что означает этот театр? Я пожилой человек, всеми уважаемый гражданин, регулярно плачу налоги, приехал сюда навестить друга, так по какому праву…
— Заткнись.
Мужчина в штатском сказал это тем же спокойным голосом, и только в глазах его заискрилось что-то такое, что заставило Джулиано сжаться, как от удара плеткой, и замолчать.
Собрав все свое мужество, Витторио попытался вмешаться:
— Так нельзя, господин полицейский, вы не имеете права. Видимо, произошла ошибка, и я хотел бы связаться с моим адвокатом.
Услышав это, мужчина в штатском быстро сделал несколько шагов, остановился перед Витторио и, глядя в упор, отчеканил:
— Пока я не могу тебе этого обещать. Но я готов пообещать кое-что иное: если кто-либо из вас посмеет раскрыть рот без разрешения, то получит по физиономии. Ясно?