Она молча опустилась в кресло у журнального столика, продолжая сверлить президента холодным взглядом светло–голубых глаз. Это заставляло его нервно ежиться, но Родерик старался не показывать, что нервничает. Он сел напротив и с широкой улыбкой предложил:
- Не желаете ли чего–нибудь выпить?
- Господин президент! — голос мисс Моак лязгнул сталью. — Мое время слишком дорого стоит, чтобы тратить его впустую! Чего вы хотели?
- Конечно–конечно, — засуетился Родерик. — Я хотел бы поговорить о возможном финансировании моей предвыборной кампании…
- Наше объединение в этом не заинтересовано, — безразлично сообщила гостья.
- Но почему?! — вскинулся президент. — Я же выполнил все свои обязательства перед вами!
- Не все, — насмешливо заметила мисс Моак. — Наша прибыль на двадцать процентов меньше, чем могла бы быть. Военное министерство подписало контракт о поставке гиперорудий не с нашим предприятием, а с предприятием наших конкурентов.
- Но они предложили лучшие условия… — растерянно объяснил Родерик. — Военный бюджет не так велик, пришлось экономить…
- Меня это не волнует! — отрезала гостья. — Вы обещали нам режим наибольшего благоприятствования, но не выполнили своего обещания. Думаю, ваш противник окажется более сговорчивым. Разговор окончен. Всего доброго.
С этими словами она встала и двинулась к двери. Президент кинулся за ней, уговаривая не уходить и выслушать его предложения. Однако мисс Моак не обращала на него никакого внимания. Только у самой двери она остановилась и бросила через плечо:
- Хорошо, я дам вам последний шанс. Наше объединение заинтересовано во многих предприятиях в Федерации Росс. Если вы сумеете обезопасить эти предприятия от национализации, то можно будет поговорить и о финансировании предвыборной кампании.
Закончив говорить, мисс Моак вышла, оставив растеряного Родеорика стоять и хлопать глазами. Росс? Какой еще, к чертям, Росс?! Эти дикари? Они–то тут каким боком? Неужели эта дамочка и туда свои щупальца запустила? Похоже на то. Но почему она говорила о национализации? Какое правительство решиться национализировать частные предприятия?! Ведь такое правительство просто сметут! Что–то о Россе мелькало в последних сводках, но что — Родерик не помнил. Нужно посмотреть.
Президент вернулся к столу и задал компьютеру поиск по ключевым словам. Первый же найденный документ заставил его взметнуть брови в изумлении. Император? На Росс вернулся император?! На Белом Крейсере?! Что еще за чушь?! Что за глупые сказки?! И эта баба в такое поверила?! Да это скорее похоже на шуточки аналитиков из службы разведки! С этих высоколобых умников станется!
- Император… — брезгливо процедил сквозь зубы Родерик. — Вот же придумали! Идиоты…
Он укоризненно покачал головой и выключил компьютер. Затем откинулся на спинку кресла и принялся вспоминать все, что ему было известно о Россе. Старый враг Кархана, не пожелавший покориться и доставивший предкам немало неприятностей. Много столетий все силы все силы Объединения отдавались войне с Росской Империей. Но предки сумели найти у вражеской страны слабое место и развалили ее изнутри. Честь им и хвала за это!
К сожалению, развал Империи не решил внутренних проблем Кархана. Через тридцать лет после этого масштабный финансовый кризис заставил лопнуть слишком надутый пузырь фальшивой экономики. И карханцам стало не до внешнего мира. Ситуация ухудшалась с каждым днем, усилия правительства ни к чему не привели, и, в конце концов, Объединение тоже распалось. Каждая планета занялась своими делами, не обращая внимания на соседние. За прошедшие с того момента сто шестьдесят лет только две из них сумели подняться до прежнего уровня. Торвен и Новейр. Некоторые из остальных вообще свалились к дикости. На Ирании, например, вернулись к рабству, да и промышленного производства эта планета почти не имеет. Люди живут в нищете, даже не помышляя о полетах в космос. На Олане верх взяли религиозные фанатики, считающие науку поучением дьявола. На других было немного лучше, но очень ненамного. В общем, во внимание стоило принимать только Торвен и Новейр. Лишь они обладали сильными военными флотами.
