–
– Но что сделали для…
– Ничего. Никто не может туда подняться. Королевская семья обречена.
«Обречена?»
Рубен не мог в это поверить. Он стоял, ошеломленный, словно отец снова ударил его, только на этот раз боль и страх были сильнее.
– Нет, – шепнул он. Посмотрел вверх. Он не видел ни огня, ни густого дыма. Что-то у него внутри сломалось. – Нет! – крикнул Рубен и попытался проскочить мимо отца.
Ричард толкнул его назад.
– Я отдал тебе приказ!
Рубен вновь кинулся вверх по лестнице, пригнувшись, когда отец попытался схватить его.
– Не ходи туда!
Рубен перепрыгивал по три ступени за раз. Как и в случае с оруженосцами, он годы пробыл мальчиком на побегушках, в то время как Ричард Хилфред стоял за креслами аристократов, и это давало Рубену преимущество. Добравшись до двери в королевские апартаменты, он опередил отца на несколько десятков шагов. Рубен рванул за большие железные кольца, но дверь не открылась… Лишь мгновение спустя он заметил цепь.
«Зачем запирать дверь… снаружи?»
Рубен все еще пытался разгадать эту загадку, когда отец настиг его и швырнул через коридор.
– Дурак! Не можешь послушать отца! Я отправил тебя на ворота, чтобы ты оказался подальше от всего этого, но тебе непременно нужно убить себя, как твоей матери! Прекрасно. Я с тобой покончил. Выполнил свой долг. Теперь ты мужчина, а не моя ответственность.
–
– Я велел тебе не привязываться к ним. Они – зло. Ты можешь пожертвовать ради них жизнью, но попроси в ответ одну маленькую милость – и не получишь ничего. Я бросился на мечи ради него. От короля лишь требовалось сказать управляющему, что твоя мать может продолжать работать служанкой. Или он мог позволить мне жениться на ней, и мы бы поселились поблизости в какой-нибудь заброшенной лачуге. Но нет, Амрат не делает исключений. Если бы сделал для меня – пришлось бы сделать и для других. Поэтому мне пришлось посмотреть твоей матери в глаза и сказать ей… сказать, что я не справился. Убил ее король, но смотреть ей в глаза пришлось мне. – Отец ощерился. – Ты не понимаешь. Как ты можешь понять? У тебя было все –
–
– Оказалось труднее, чем я ожидал. Эти огромные глаза, и то же имя, что у твоей матери, и все прочее.
– Что ты сделал с Розой?
– То, что был должен. И ты поступишь так же. Сегодня погибнет много людей. – Отец махнул на дверь. – Никто ничего не узнает, и наступит новый мир. Держи рот на замке, и я смогу позаботиться о тебе. О нас. А теперь возвращайся на свой пост и никогда никому не говори, что приходил сюда.
Рубен понял, что держит в руке обнаженный меч.
– Отойди от двери.
Когда Адриан приблизился к замку, тот пылал. Строение мерцало, напоминая тыкву, в которую поставили слишком много свечей. Вокруг внешних стен собралась толпа, смотревшая через ров на сыпавшиеся из окон искры, которые красными всполохами пронзали ночь и с шипением гасли в воде. Старый вяз у северной стороны замка загорелся в середине. На глазах у Адриана одна ветка отломилась и рухнула в окно на верхнем этаже.
Плотнее запахнув плащ, чтобы скрыть темные кровавые пятна, он влился в толпу зевак. Их собралось немало, и еще больше было на подходе. Свет и шум разбудили людей, и они пришли в ночном белье поглазеть на замок. Пламя озаряло сонные лица.
Протолкавшись к главным воротам, Адриан обнаружил, что экипажи исчезли, а Ройса нигде не видно. Карета с розами уехала вместе с остальными, и он понятия не имел куда. Ройс не поделился с ним своим планом, но Адриан полагал, что он собирается увезти Эксетера в уединенное место. А что, если Эксетер не заглотил наживку или Альберт не смог отыскать его на празднике? Не Ройс ли устроил этот пожар? Не он ли спалил целый замок, чтобы выкурить одного человека? Способен ли он на
