— Ах! — Мария вздохнула, снова покачав головой. — Это возвращает меня на много лет назад. Я родилась в Уайтчапеле и в детстве получила хорошее образование. И когда я стала взрослой, у меня было множество предложений руки и сердца. Многие молодые люди мечтали взять меня в жены. Я тогда выбрала Джерри Уорда, который работал сапожником. Мы вместе поехали в Африку, и через три года после этого родилась моя Дженни. А потом мой муж умер.
— О! — с удивлением протянула Дерика. — Я-то думала, что вашу дочь зовут Дженни Крент!
— Дженни Уорд — ее настоящее имя, моя дорогая. Уордом звали ее отца. А Крент — фамилия моего второго мужа. Когда я вышла за него, то поменяла фамилию и себе, и ей, чтобы избежать кривотолков. Но сейчас она не Крент и не Уорд, а Дженни Боуринг.
— Вы можете доказать, что этот брак действительно был заключен? — быстро спросил Форд.
Госпожа Крент оскорбленно выпрямилась в кресле.
— Могу показать вам документ, — сказала она. — Дженни хорошая девочка, а я — порядочная женщина. Но это позже. Я хочу, чтобы вы не перебивали меня, а внимательно слушали, иначе так ничего и не поймете.
— Да… Да… Продолжайте, — одновременно закивали Освальд и его невеста.
Миссис Крент устроилась поудобнее и продолжила, наслаждаясь тем, что стала центром внимания и обрела хороших слушателей.
— Джерри умер, оставил меня вдовой с Дженни на руках. Тогда она была совсем крошкой. Мне пришлось работать прачкой в Кейптауне. Уорд ушел в мир иной, а меня заставил разгребать дела земные.
— И как же вы поступили? — поинтересовалась Дерика, пытаясь вернуть собеседницу к интересующей их теме.
— Я занималась стиркой, дорогие мои. Я ведь уже сказала. Моими конкурентами были черномазые. Только они делали это много хуже меня. Никто из них не умел крахмалить белье, как я. С тех пор прошло уже двадцать лет, — вздохнула Мария.
— Я тогда была совсем еще ребенком, — задумчиво протянула мисс Тревик.
— Да, мисс, точно так же, как и Дженни. Потом я встретила твоего папу. Он всегда любил чистое белье и пришел ко мне в прачечную. Более того! Он оказался так доволен моей работой, что привел с собой Боуринга и Крента.
— Так они явились в прачечную втроем? — неожиданно спросил адвокат.
— Они были партнерами, если это можно так назвать, господин Форд. Они занимались алмазами, золотом и всем, из чего можно выжать хоть пенни. Сэр Ганнибал был настоящим джентльменом и хорошо относился ко мне. Он сказал, что они собираются сделать состояние. Как он познакомился с Джоном, не знаю. Но, как я понимаю, в те годы сэр Тревик имел деньги, но не имел мозгов, а господин Боуринг, напротив, был умен, но не имел денег. Ведь ваш отец, вы уж простите меня, милочка, — не очень дальновидный человек. Вот они и объединили свои усилия, чтобы разбогатеть.
— А Крент? — уточнил Освальд.
— Он был вроде пассивного партнера, — ответила гостья. — Делал за них грязную работу.
— Значит, не обошлось и без грязной работы? — поднял брови Форд.
— Еще как… Сэр Ганнибал — ох, тут я снова должна попросить у вас прощенья, душечка — прекрасный джентльмен, но не слишком умный. Господин Боуринг думал за него, и за Крента тоже. Это Джон делал все деньги. Он был тем еще прохвостом, хоть и стыдно мне так о нем говорить. Он ведь всегда был очень добр ко мне, и потом мы были в родстве.
— В родстве?! — с удивлением воскликнули хором слушатели.
— Сводном, конечно, — пояснила Мария. — Иначе я не позволила бы моей Дженни выйти замуж за Моргана Боуринга. Джон Боуринг был Женат на сестре Уорда — моего первого мужа, который…
— Хорошо! — воскликнул Освальд, оборвав ее. — Мы уже разобрались в ваших родственных связях, госпожа Крент.
— Вот я и говорю, — продолжала экономка. — Господин Боуринг женился на Амелии Уорд вскоре после смерти моего первого мужа. Она была не совсем в себе, бедняжка, да и Боуринг обращался с ней довольно жестко. Она умерла через пять лет, оставив ему Моргана. Джону было не до детей, и он отдал мальчика мне на воспитание. Потом Боуринг и сэр Ганнибал отправились в Трансвааль по какому-то делу, связанному с алмазами. Крент остался здесь и, когда он сделал мне предложение, я сдалась без боя.
— Вы согласились? — уточнила Дерика.
— Да, моя дорогая. Господин Крент наплел мне басен о своем будущем богатстве, а я так устала от бесконечной стирки, что согласилась. Он был обворожительным, правда, только в самом начале, — вздохнула миссис Крент. — Впоследствии он стал грубым. Забрал все мои деньги и отправился в Трансвааль за своими компаньонами, оставив меня без гроша, с Дженни и Морганом на шее.
— И когда вы увидели его снова? — поинтересовался адвокат.
— Мы не виделись много лет. Но однажды, в дождливый вечер, мой супруг объявился снова. Он уже был в дверях, и когда я в свете лампы увидела его лицо, то закричала от ужаса — он был бледным и выглядел ужасно. Он вошел и объявил, что ему нужны деньги и где-то переночевать. Как я узнала от мужа, господин Боуринг разбогател и вышвырнул его из фирмы.
— Почему же он его выгнал?
Тут гостья понизила голос и обвела комнату испуганным взглядом.
