Из личного общения с Александром Таза вспоминаются два крупных эпизода. Эпизод первый. Февраль 2008 года. От своего родственника, после одного из спектаклей, на котором мы были в театре, узнаю, что в первых числах февраля, буквально на днях, в НЭТе будет мероприятие, посвященное второму февраля, нечто вроде военной композиции, как я понял. Проходить оно будет в малом зале, как мне разъяснил мой дядька, и заходить нужно со стороны служебного входа, как идти к институту Серебрякова.
- Я, наверное, не смогу пойти, днем буду занят. А ты сходи. Там Сашу Таза увидишь, ты же знаешь, как он выглядит, да. Я ему тогда скажу, что ты придешь от меня. Песни послушаешь.
- Спасибо, приду, конечно. – Мне было интересно.
Я пришел в назначенный день. Вот не помню только точного числа, к сожалению. Чуть ли не на следующий день после посещения спектакля.
Пришедших было немного. В основном ветераны, и естественно люди связанные каким-то образом с театром.
Появился Александр Николаевич. Вокруг него толпилось несколько человек, он им что-то живо рассказывал. Я объяснился, от кого, и зачем пришел. Он улыбнулся. Так мы познакомились.
- Александр, - представился с упором на букву «р».
- Леонид, - пожал я ему твердую руку.
- Очень приятно.
Тут же мой встречающий громко сказал на весь коридор кому-то: «Проводите гостей!» Я и та компания, которая его окружала, прошли по коридору в помещение. Место это оказалось залом. Как я понял – что это где-то под сценой, так как за рядами стульев, стоял механизм с трубами. Я подумал, что это как раз и есть тот фонтан. Там же, за рядами стульев сидел человек за аппаратурой, отвечавший за свет. Александр Николаевич в самом начале назвал его по имени и попросил навести свет, на пространство перед стульями. Желтая полоса так и шла мимо меня, задевая голову. Вспоминаю.
Сидели ветераны, их было больше всего. В первом ряду уселся и я.
Почти посредине.
Первая часть. Вступительное слово взял сам Таза. Потом еще кто-то. Всех поблагодарили. А я сидел и смотрел на освещенный кусок пространства, на улыбающегося и галантного Александра Николаевича. Он вел подобное мероприятие очевидно не в первый раз, и выглядел он сдержанным и очень-таки презентабельным таким мэном.
Потом пожилой мужчина, не знаю этого артиста, но точно не из НЭТа, читал стихотворение о войне. Надо отдать должное читал хорошо, используя какой-то свой отработанный образ: все время ходил, передвигался, напевал, стучал вдруг каблуком ботинка зачем-то, останавливался…
Были там актеры из Музкомедии, ТЮЗа. Все их выступления были посвящены военной тематике также.
В перерыве, когда Александр Николаевич объявил небольшой «пит-стоп», я увидел Катю, но перепутал ее с другой актрисой. И про себя подумал, что это она.
- Ну как, нравится? – спросил ведущий.
- Да, спасибо, Александр, здорово! - сказал я. - Часто ли у вас проходят подобные мероприятия такие вот? Интересно… да и вообще…
- Не сказал бы, что часто… но и не редко, ха!
- Можно узнать, Александр, а что это за девушка? – поинтересовался я, и назвал по ошибке имя другой актрисы, поскольку достаточно недавно стал посещать театр регулярно и многих не знал, а что касается женского состава, то даже путался, честно говоря.
- Где?
- А вот там, - кивнул я.
- Это Катя.
Эпизод второй. Март 2008 года. Я пришел на кастинг. Если не ошибаюсь, в НЭТе шел набор. Принес резюме, художественные фото. Я ни на что не надеялся. Честно. Я о себе все уже знал давно. Но решил, почему бы не попытать счастья. По крайней мере, всё, что мне скажут, мне может быть полезным. Принимал у себя в гримерке опять же - Таза. Сразу скажу что «экзамен на актера» ему я не сдал. Но именно эта встреча запомнилась почему-то особенно. День был одним из первых по-настоящему весенних, еще холодный, но уже радостный. Я стоял в пальто возле театра, у служебного входа, курил сигарету и повторял текст «своей роли». Я выбрал себе Марка Твена. Про полицейский участок.
Внутри еще двое желающих стать актерами ждали, когда их пригласят.
Парень и девушка. Младше меня. Мы разговорились. То, с чем они пришли,
мне не понравилось. Я им сказал, что у меня монолог.
Подошел один из студентов и проводил нас к двери экзаменатора. Мы ждали в коридоре на креслах когда позовут.
Я пошел первым.
Александр Николаевич сидел перед зеркалом, у окна. Я ему передал резюме, фото. Он вдумчиво прочитал бумагу, произнося вслух: «ага», «угу», «понятно», «так».
Переспросил фамилию.
- Ну что будешь рассказывать?
- Марк Твен. В полицейском участке.
- Начинай.
Я подошел к вешалке, усыпанной одеждой, заметив также на полу большое количество обуви, облокотился рукой о тумбу и начал. Когда я рассказывал, Александр Николаевич меня внимательно слушал, кивал головой.
Довольно скоро экзаменатор меня остановил: «Стоп, стоп. Хорошо.
Теперь, ну-ка, повтори «Ц».
Я повторил.
- Теперь «Ш».
- «Ш».
- Продолжай.
Не успел я продолжить, как тут же услышал:
- Стоп. «Ц» и «Ш» не пойдет.
Я сказал:
- Кстати у меня еще с «эр» проблемы.
- Так, а почему? И что ничего не предпринимали, чтобы справить?
- Занимался в детстве… прикус тоже неправильный…
