«Крот в городе» - книжка из Чехословацкой Республики. Кто-то подарил родителям моим, чтоб я ее рассматривал. Там очень красочные иллюстрации. Попали в точку! До сих пор люблю посмотреть, повспоминать что-то.
Когда балкон завешивали бельем, в комнате становилось темнее, и ничего нельзя было разглядеть на улице. Я лежал на диване и смотрел на окно, на занавески, карниз, раму. Я до сих пор так делаю, если стираное белье висит на лоджии, и дневной свет улицы почти не проникает в помещение. Интересно, сколько раз на моей истории было дней с занавешенным бельем балконом? И что это за привычка такая сложилась непонятная – считать количество дней от сушившихся на балконе простыней и наволочек?
Нахожу периодически на полке ничем не приметную детскую книгу «Упрямый горизонт» практически никому неизвестного автора Ф. Кривина – она для меня имеет полумистический смысл моего детства – она по-особенному пыльно пахнет, черно-белые иллюстрации пестрят воспоминаниями самыми древними моими и самыми смутными, на заре становления меня, существа из космоса, в человека. Кое-где рисунки раскрашены цветными карандашами, наугад. Раскрашены очень небрежно, - из чего я делаю вывод, что я скорее их не раскрашивал, а просто малевал. Книжечка эта совсем тоненькая, страниц в девяносто. Вот, читаю, - выпущена издательством «Детская литература» в 1982 году. Ничего особенного в ней нет. Рассказываются в доступной и даже где-то шутливой форме простые истории и наблюдения из жизни вообще, кои могли бы быть полезны для ребенка, где действующими лицами выступают то короли, то звери, то предметы и вещи.
Была еще, помню совсем рваненькая книжка про железного человека, с цветными картинками, созданного из конструктора, который сражается со злодеями. Питается он машинным маслом, но вот коварные враги его обливают водой, и бедняга-герой становится неподвижным и ржавеет. Что дальше происходит - не помню.
Была у меня также раскраска с загадками – до сих пор помню. Какая-то книжка про почтальона, но не Печкина…
Так что я имел много вымышленных персонажей из детских книжек. Я к ним еще, думаю, вернусь.
Возле длинной стены Тракторного завода, со стороны поселка, стояло множество тракторов ДТ-75 оранжевого и ярко-красного цвета. Единицы из них были серого или синего цвета. Их никто не охранял, потому что шли еще те времена, что и воровать их никому в голову не приходило. Так они и стояли возле кирпичного забора.
Отец мой приходил с работы, с завода, и мы шли гулять к этим тракторам. Кабины у многих были не запечатанными, и поэтому мы преспокойно влезали внутрь, заводили один из понравившихся, и катались здесь же, вдоль стены. Отмечу, что все трактора были только-только с конвейера, с «ноля», как принято говорить, и поэтому пахли свежей резиной и краской. Пару раз и я «рулил» трактором, а точнее – дергал рычаг, и он ехал, клубя пылью и фыркая.
Однажды, конечно, к нам подбежал охранник, увидев, как мы залезли в кабину одного из «ДТшек», но не стал орать и пытаться нас поймать, а просто громко сказал что-то типа: «Ребята, вы, что тут делаете? А ну давай отсюда! Чего выдумали! Давай вылазь! Знаешь, что будет, если начальство мое узнает!» - в таком духе сказал. Мы ответили, что просто захотели посидеть внутри, но не знали, что он полон солярки и может двигаться. Мы и ездить-то на нем не умеем (У отца были уже на тот момент права на управление с/х техникой, в частности на управление трактором и даже комбайном). Так то!
Теперь объясню, почему продукция вся эта стояла на улице, за забором. Дело в том, что на территории завода ставить трактора было просто некуда, их производство выполняли с перевесом плана. Тогда людьми двигали совсем другие вещи. Какие? Нам уже вряд ли понять. Страна моя гудела свистками заводов, пыхтела колесами поездов, выполняла планы, строила, а я – ее один из многочисленных новых сынов наблюдал за ее производством с окраины рабочего поселка.
Еще выпускали трактора марки «ВТ» – трактора сельскохозяйственные, общего назначения, тягового класса. Номера 100, 150 и 175. Эти трактора были однотипными по конструкции и различались только эксплуатационной мощностью двигателя: 120, 150 и 170 лошадиных сил. «ВТшек» было меньше.
Нижний поселок всегда считался криминальным местом. Даже сейчас считается таковым. Заселили его бывшими зэками и переселенцами в 50-е годы. Первые как не работали, так и продолжали не работать, и периодически «шли на посадку», последние работали на заводе.
Во дворе нас, детей, было всегда много. С разных домов. С соседних. Я был один из самых младших. Дети делились по возрасту примерно так: те, кто ходит в детсад, младшие школьники, и так далее - по возрастающей линии.
