торые акционеры отдали, они купили мотивацию и талант, который управлял бизнесом на протяжении недавнего золотого века роста производительности и прибылей. Многие руководители за последние несколько лет зарабатывали исключительно хорошо - но то же самое можно сказать и о большинстве акционеров».
В карровской версии событий взрывной рост показателей графика зарплат у самых высокооплачиваемых топ-менеджеров объясняется по большей части методикой расчетов: за последние пятнадцать лет слишком много опционов слишком щедрой рукой раздали слишком многим генеральным директорам. «Широкий и неоправданный жест, - пишет он, - но это было следствием скорее неумной бухгалтерской и налоговой политики, разогретой лихорадкой на бычьем рынке, чем зловещего заговора, выношенного в директорском кабинете».
Я уважаю Economist, аргументацию Карра и его источники. Я даже пригласил автора пообедать в хорошем ресторане, чтобы обсудить его статью. Я просто не согласен с ним. Карр нашел, что за небывалым ростом зарплат руководителей стоят ошибки и безличные силы, я же предпочитаю метод Шерлока Холмса. Когда у него спрашивали, как ему удалось раскрыть то или иное загадочное преступление, он отвечал: «Отбросьте все невозможное; то, что останется, и будет ответом, каким бы невероятным он ни оказался». Так поступил и я. Я отбросил все невозможное и обнаружил, что единственное, что правдоподобно объясняет заоблачный рост директорских вознаграждений, - компетентные, мотивированные и очень алчные люди, которые больше всего выиграли от этого роста.
Не Бог вдруг взял и решил, что генеральный директор стоит в десять раз больше, чем получает. Не птичка в клювике принесла эти деньги. Идея опционов не возникла в один из тех ослепляющих моментов откровения, какой испытал будущий апостол Павел по дороге в Дамаск. Этот отъем денег был придуман людьми из плоти и крови (и, следовательно, склонных грешить), сговорившихся надавить на аудиторов, регуляторов и законодателей, чтобы легче было убедить услужливых идиотов в советах директоров и комитетах по вознаграждениям «увязать интересы руководителя и акционера» (еще одна обанкротившаяся мантра) посредством выдачи супермегаподарков тем, кто эту схему и придумал.
То, что такие подарки не отражаются в финансовых отчетах, пока их преподносят в виде опционов - а эти опционы ведут к положи-
тельному денежному потоку, поскольку дают возможность законного налогового вычета, - только прибавляло ситуации прелести.
Братья Джеймс (Джесси и Фрэнк, а не Генри и Уильям31) не смогли бы спланировать лучше. Однако сам по себе размер вознаграждения, которое сейчас топ-менеджеры получают как наличными, так и в виде других приятных вещей, - не главное, да, в общем, и не он служит объект для критики. Самое тревожное - это безответственность руководства. «Система сдержек и противовесов» - такая же иллюзия, как «невидимая рука рынка, которая все расставляет по местам», а в реальности генеральные директора платят себе сами и делают это по схемам, которые никому не надо раскрывать и которые никто не должен санкционировать.
Четвертое десятилетие реформаторы воюют с властью корпораций и диктатом их руководства, и все, чего мы, по большому счету, добились тяжелейшей работой, - тактические успехи, моральные победы и в лучшем случае незначительный прогресс. «Круглый стол» и его союзники по мелочам уступали, по мелочам соглашались, но в принципиальных вопросах всегда стояли на своем. Их резерв - корпоративная казна - неисчерпаем. Их ударные части - адвокаты, лоббисты и пр. - всегда энергичны и откормлены. Я верю, что в конечном итоге сторонники реформ победят, потому что правда на нашей стороне, потому что, если мы проиграем, рынки акций рухнут и потому что я, как и многие из нас, не смог бы продолжать борьбу, если бы не был уверен, что когда-нибудь акционерам вернут их право созывать собрание и при необходимости снимать директоров. Но, несмотря на усилия стольких достойных людей, пока все козыри на руках у топ-менеджеров и, как следствие, несостоятельность руководства американских публичных компаний только увеличивается. Этот факт ежедневно подтверждается старым как мир способом, - на рынке, где возникают и растут все новые фонды прямых инвестиций, чье процветание основано на некомпетентности руководства публичных компаний.
Нет нужды говорить, что этот факт не рекламируется корпократией. Напротив, возникла и расцвела целая индустрия рейтинговых услуг в области корпоративного управления. Вооружившись очень,
