— Нет информации. У меня нет информации. Да, я тут родился, но это не означает, что я знаю всё о базе. Здесь вырастили кристалл — мозг, здесь наполнили его знаниями, затем перенесли в корабль. Что я могу знать о базе? Я был здесь несколько раз, но что сюда привозил, какой груз — не знаю. Информация удалена. Знаю лишь, что когда-то на базе было довольно многолюдно, стояло много кораблей. Сейчас — пусто.
— Вот интересно, как же мы должны определить, что тут случилось? Куда исчезли люди? — скривилась Сихха — ерунда какая-то! Информации ноль, сходи, посмотри, расскажи — а чего рассказывать? Вот я вижу, стоят три корабля. На запросы не реагируют. И что я должна сообщить? Видела три корабля?
— Одно можно сказать с полной уверенностью — сидя в «Бродяге» ничего не узнаешь, не так ли? — вздохнул Слай — Сихха остаётся на месте, мы с Хаганом идём смотреть корабли.
— Корабли заперты — вмешался искин — я осмотрел их со всех сторон, проникнуть в корабли невозможно. Экипаже в них скорее всего нет. Детекторы массы и движения ничего не дали. Корабли пусты. Живых там нет.
— Тогда куда нам идти? На базу? Где у неё вход?
— Мы стоим рядом со входом. Вон та башенка, под ней вход в базу, это я помню. Он же въезд. Двери открыты.
— Ждут? — усмехнулся Слай — Хаг, ты надел ИЗС? Тогда пошли?
— Пошли — кивнул синтонианец и оглянулся на Сихху — смотри внимательно. Если что, кроме тебя нас вытащить некому, учти. Хотелось бы ещё пожить, очень уж забавная у нас теперь жизнь!
— Что, и в рай не хочется? — фыркнула девушка, и подмигнула Слаю.
— Попозже! Надеюсь на рай, да, но пусть он будет не сегодня! Нет, не сегодня! — скорчил рожу Хаган, подёргав самозатягивающиеся лямки ранца индивидуальной защиты — и тут же посерьёзнел — Кошка, на тебя вся надежда! Ей — ей, чую своим носом — ждут нас большие неприятности. Слишком тихо! Слишком. Лучше бы они по нам палили. Лучше бы лучи, ракеты, злые космолетчики… но не эта гадская тишина!
— Пробирает, да? — Слай усмехнулся, но сам незаметно поёжился — Меня так просто в дрожь бросает. Ну за что мне такая судьба? Почему мы просто, тупо не возим грузы, зарабатывая немного, но верно? Почему мы мечемся по миру и рискуем жизнью?
— Всё в руках богов! — Хаган воздел глаза к небу.
— Всё в руке Кошачьего Бога! — откликнулась Сихха
— Всё в руках Создателя — мрачно подытожил Слай — И он очень любит над нами издеваться. Говорят, что если Создатель очень любит человека, он посылает ему тяжкие испытания.
— К чёрту! К чёрту такую любовь! — тут же откликнулись Сихха и Хаган, переглянулись и рассмеялись. Смеялся и Слай, надеясь, что его хоть на секунду отпустит нервное напряжение.
Не отпустило. И когда Слай перешагнул порог звездолёта, сошёл на пластбетон космодрома, по коже прошла волна холодной дрожи, и это несмотря на то, что жарило солнце, на небе ни облачка, и сухой, лёгкий ветерок пытался забраться под чёрную боевую броню.
Впрочем, возможно это потому, что Слай поставил слишком низкую температуру в системе обеспечения боевого скафандра. Не мог же он трясться от страху, как простой менеджер с провинциальной планеты?! Он, космопроходец, капитан звездолёта, победитель и завоеватель казино и поганого борделя! Великий агент великой Империи!
Вдохновившись маршевыми патриотическими мыслями, Слай немного приободрился, взял наперевес украденный Хаганом лучемёт и зашагал к зданию базы. Лучемёт держался в специальном креплении, руки лишь направляли его ствол, палец на спусковой кнопке, так что любой супостат мог получить очередь прямо в толстое брюхо, что наверняка вызвало бы несварение желудка. Почему этот супостат толстый? Да кто его знает… толстый, и всё тут! Огромный, слоноподобный, рыкающий громовым голосом. Как два Хагана. Или три? Нет — лучше пять!
Хаган шёл рядом, окутанный едва заметной плёнкой защитного поля, мерцавшей в солнечных лучах голубоватым свечением. Синтонианец был настороже, ствол лучемёта как клюв хищника, ищущего добычу, перемещался слева направо и обратно, следя за многочисленными летающими зверьками, заменяющими здесь птиц.
Эти зверьки протяжно свистели, а пролетая мимо разведчиков почему-то старались нагадить прямо на макушку звездоплавателей, возможно выражая этим неприязнь к прогрессу и к человеческому роду. К тому моменту, как Слай подошёл к открытому входу на базу, его чёрная грозная броня выглядела жалко и убого, будто старый костюм сельского ринака, забытый в клетке с птицами. Утешало лишь то, что Хаган был в худшем положении — не облачённый в броню он героически принимал все издевательства животного мира этой планеты прямо на неприкрытую голову, что вызывало у него яростное рычание и ругань. Звуки, которые он издавал, напоминали клокотание грязи в грязевых вулканах. Слай разбирал лишь отдельные слова, что-то вроде «Проклятое зверьё!» и «Убил бы этого Филигса!»
