Эта бомба призвана взорвать спокойно дремлющий Южноморск. Прав был в своих подозрениях Андрей Владиленович: темные дела творятся под благообразным имиджем края.
Не дожидаясь новых данных от адвоката, Соболева кинулась к главреду. Если постараться, то можно было успеть к утреннему номеру.
Ринат Салехов долго сомневался: выпускать ли материал в печать. Уж слишком серьезные выдвигались обвинения. Пришлось под грифом «секретно» дать ему прослушать запись беседы с бизнесменом Харитоновым, подтверждающей открытое обращение оперативника УСБ Маслова. «Добро» он все-таки дал с указанием поставить на первую полосу с большой фотографией генерала, но попросил все еще раз тщательно проверить.
Когда прошла эйфория и выпуск «Колокола» поступил в продажу, Алена со всей серьезностью поняла, что самонадеянно села в лужу.
Весть о статье разошлась со скоростью света. Знакомые в местных органах внутренних дел категорически отказывались от комментариев, бросая трубку. Люди в министерстве, на которых ей удалось выйти, характеризовали Всеволода Матвеевича Бирюка исключительно с положительной стороны и высказывали недоумение по поводу озвученных обвинений.
Попытка найти Алексея Маслова тоже не увенчалась успехом: оперуполномоченный уволился из органов в октябре, практически сразу после размещения обращения в сети, и покинул ненавистный Южноморск. В настоящее время место его нахождения было неизвестно.
Затем позвонил разъяренный Бродник, долго орал в трубку, что Алена нарушила достигнутые с ним договоренности, тем самым, подставив и его, и родственников под удар. На что она резонно заметила, что в статье нет ни одного упоминания его почтенной персоны.
Но самое печальное, что она вновь оказалась в отправной точке: выплеснула все, что знала, а неопровержимых доказательств по-прежнему не появилось. Не дай Бог, генерал Бирюк потребует опровержения или – и того хуже – подаст в суд.
В довершение ко всему позвонил Андрей Владиленович: поздравил с несомненным успехом – это была ирония, а затем всех собак спустил, обещал, что после того, что Соболева с ним сделала и как поступила, ее в России ни в одну газету на работу не возьмут даже уборщицей. Ведь это ОН ее сюда отправил (Алена считала, что сослал) для достижения вполне конкретной цели, а она его кинула и «легла под конкурента». Он был абсолютно уверен, что обладает эксклюзивными правами на использование материала о коррупции в Южноморске, считая статью Дмитрия Смелова и историю генерала Бирюка звеньями одной цепи…
Салехов вышел из своего кабинета мрачнее тучи, вовсе не разделяя праздничного настроения сотрудников редакции:
– Звонили из приемной генерала… Губернатор срочно требует к себе с объяснениями, – он посмотрел в на Соболеву. – Вернусь – нужны будут все документы. Наша позиция должна оставаться незыблемой. Копай!
Глядя, как главред направляется к выходу, она тяжело вздохнула. Все это стоило делать «до», а не «после». Страшно было подумать, что случится, если ей не удастся найти никаких свидетельств против Бирюка?
Дальнейшая часть дня оказался необычайно плодотворной и насыщенной для общения. Звезды ей благоволили, и к вечеру, после посещения кафе «Семь красавиц» и ресторана «Аксакал» сформировалась вполне четкая картина событий.
Никто особо распространяться не желал и тем более опасался давать свидетельские показания, но персонал заведений общепита в приватной беседе сообщил следующее:
1. Стрельба в кафе действительно была. Стрелял Всеволод Бирюк.
