Вечером позанимались русским, потом уложили Сьюзен в кровать, дождались, пока она заснет и занялись друг другом. За четыре месяца они были близки всего пару раз и сейчас наверстывали упущенное. Утром сходили в столовую и после завтрака засели за занятия. Когда Элизабет надоело зубрить слова, она сходила в детскую, вытащила из-под стульев племянницу и начала учить ее.
- Ты в садике с кем-нибудь подружилась? - спросила она девочку.
- Ну их! - сказала та. - Никто ни одного правильного слова не знает! А няня все показывает пальцами, как глухая. Зачем вы меня туда водите? С куклами интересней.
- У детей свои слова, которых ты не знаешь, поэтому тебе с ними неинтересно, а им - с тобой. И сейчас мы их будем учить. Мы сами с Мартином сейчас этим занимаемся. И тебя научим, а ты потом научишь своих кукол. А то мы все здесь будем как немые. Ты у нас умная и все быстро запомнишь. Ведь так? А то скоро привезут телевизор, а ты и в мультиках ничего не поймешь.
Телевизор привезли через пару часов. Мастер повесил экран на стену и подключил питание и сигнальный кабель. Английский он знал с пятого на десятое, но объясниться смог.
- Сейчас работает всего пять программ, - сказал он Бейкерам. - Первая общесоюзная, образовательная, детский канал, культура и правительственный канал.
- А остальные заказы? - спросил Мартин.
- Это уже доставят другие, - ответил мастер. - Центр заказав один, но разную продукцию развозят разные отделения. Ушки вам оставлять?
- Какие ушки? - не понял Мартин.
- Так называют радионаушники, - пояснил мастер. - Выключите в телевизоре звук и смотрите передачи, не мешая другим. Их только раз в месяц нужно включать на подзарядку. Есть и детские. Вот, подбирайте нужные размеры.
Он ушел, а Сьюзен сразу же стала канючить, чтобы ее допустили к телевизору. Чтобы не мешала, ей включили детский канал и надели наушники. Как раз шли мультфильмы. Она мало что поняла в передаче, но, когда выключили телевизор, загорелась учить слова. К приходу Ника с Кимико взрослые выучили по полсотни слов и позанимались грамматикой, а вот Сьюзен запомнила их целую сотню и теперь пересказывала своим куклам. Кимико, увидев малышку, сразу же переключилась на нее, оставив мужа общаться с хозяевами.
- Она сильно скучает по детям, - пояснил Ник. - Те, с которыми она возилась раньше, были ей как родные. Но их всех отдали в семьи. Она тоже хотела взять, но я отсоветовал. Пусть лучше будет свой. Я принес запись, давайте посмотрим.
Он включил телевизор, вставил мобильную память в разъем и произвел нужные манипуляции.
- Записи идут в том порядке, в каком они были сделаны, - пояснил он. - Первыми у нас волки.
Все три сюжета просмотрели молча.
- Мне почему-то кажется, что это настоящая запись, - сказал Мартин. - Но если так, животные в них что-то почувствовали, хотя и не все. Крупные хищники, кроме волков, вообще никак не отреагировали, а слоненок так и вовсе отнесся без всякого уважения.
- Что ты хочешь от малыша? - возразил Ник. - Волчата с лисятами тоже требовали игры и ласки. А вот взрослые...
- Да, я бы этому волку рук в пасть не совал, - сказал Мартин. - С ними рядом был директор? У него чуть не случился сердечный приступ. А эта обезьяна... Для любой самки маленький детеныш предмет любви и заботы. И вот так сунуть его человеку и уйти спать... Она явно знала, что в этой женщине нет зла. Кто она? О ее муже у нас писали много всякого, а о ней что-то было, но я уже не помню.
- Она прекрасная художница, - сказал Ник. - В основном портретист, но рисовала море и пейзажи. Всего больше сотни полотен и почти все выставлены в Третьяковской галерее. Когда-нибудь обязательно съездим посмотреть, а пока приходится довольствоваться фотокопиями. Придете к нам, я покажу книгу о ее творчестве, там они все есть. Но сейчас она уже не рисует: устала от этой работы за сотню лет. Работает в аппарате правительства и помогает мужу.
- Глупости у нас писали о ее муже! - сказала Элизабет. - Давайте вернем запись назад. Дай пульт, Ник, я сама. Вот! А теперь выделим кадр и увеличим. Смотрите на ее лицо!
- Необыкновенно красивая женщина, - сказал Ник. - И глаза... В них хочется смотреть и смотреть, даже на экране.
- Она святая! - сказала Элизабет. - В глазах любовь и доброта! Я ведь взяла кадр, где она смотрит на мужа. Скажите, может такая женщина сто лет любить человека, в котором есть зло?
- Сегодня пятнадцатое октября, - сказала Лиза. - Тебе это ни о чем не говорит?
Они недавно приехали домой, и после ужина она устроилась с книгой на диване в гостиной. Муж сидел тут же и что-то писал в тетради на журнальном столике.
- Полгода со дня взрыва? - отозвался он. - Да, мы сегодня на правительстве, можно сказать, подводили итоги.
- Ну и как? - спросила она. - Не думают еще тебя турнуть и поставить кого-нибудь помоложе?
- Попалась неинтересная книга? - поинтересовался Алексей. - Подожди пару минут. Сейчас закончу и уделю тебе внимание.
