- Нормально пойдешь, - успокоил муж. - Дождей давно не было и дорога, как камень. Главное, следи, чтобы каблук не угодил в какую-нибудь трещину. Поломаешь свою шпильку, а мне тебя потом нести на закорках. Представляю, как на нас отреагируют в деревне. Мужики в костюмах вроде моего там со дня ее основания не появлялись, а такие, как ты, сродни космическим пришельцам. Не устала?
- Если бы не твои упражнения, ты бы меня уже нес, - ответила Лида. - А так я еще немного пройду. Эх, были бы туфли без каблуков!
К счастью, долго идти не пришлось. Минут двадцать дорога шла по лесной просеке, но потом лес закончился, и пошли поля. Дорога взобралась на невысокий холм, а с него спустилась прямо к деревне, недалеко от которой протекала небольшая речка. Дома стояли в линию вдоль дороги, а за ними до самой реки шли огороды. На дороге, кроме игравших в мяч мальчишек, никого не было.
- Точно воскресенье, - сказал Алексей. - В полях никого, да и здесь не видно, чтобы кто-то надрывал пуп. Ребята, а что никого не видно?
Мальчишки лет по девять и чуть старше, к которым обратился Алексей, оставили свой мяч и несмело приблизились.
- Так ведь обед, дяденька! - ответил самый старший на вид.
- А участковый у вас живет или бывает наездами?
- Дядька Степан здесь живет, - пояснил тот же малец. - Наездами он к соседям ездит на лисапеде. Считайте отсюда пятую хату, там он и будет.
- А Москва от вашей деревни далеко?
- Далеко! - вздохнул мальчишка. - На телеге не доедешь, только на машине.
Поблагодарив ребят, пошли к указанному дому. С его хозяином столкнулись у калитки. Парень чуть старше двадцати лет в непривычной для Алексея милицейской форме вел к калитке велосипед. Увидев Самохиных, он прислонил велосипед к дереву, одернул гимнастерку и решительно направился к калитке.
- Майор второго управления МГБ Вербицкий, - назвал себя Алексей. - Вы здешний участковый? Предъявите документы!
Младший лейтенант в замешательстве остановился, потом поспешно расстегнул карман гимнастерки, вынул из него удостоверение и протянул Алексею.
- Участковый уполномоченный Степан Махров, товарищ майор!
- Возьмите, лейтенант, - вернул ему документ Алексей. - Вы должны здесь всех хорошо знать. Мне нужно на несколько дней оставить жену у приличных людей. Она у меня на сто процентов горожанка, корову и ту видела только в кино. А тут, понимаешь, загорелось ей пожить в деревне. Почему не сделать женщине приятно? Посоветуйте, к кому лучше обратиться. Естественно, я хорошо заплачу. Это всего дня на три-четыре и только для нее. Я думал отдохнуть вместе, но не получилось: срочная работа.
- Конечно, товарищ майор! - кивнул Степан. - Я думаю, можно поговорить с нашими соседями. Вот эта хата. Дети с ними уже не живут, но старики еще крепкие, и хозяйство у них неплохое. И им будет веселее, и ваша жена деревенскую жизнь попробует. Давайте я пойду с вами.
Дед Трофим - еще крепкий старикан лет семидесяти - большой радости не выказал, но и отказываться не стал, а вот его жена - полная, но очень живая женщина лет на десять моложе его - наоборот искренне обрадовалась.
- Что там на пять дней, пусть и дольше остается! - сказала она Алексею. - Только обувка у нее неподходящая. Я поспрашиваю что-нибудь у соседей, но обувка не платок, не всякая на ногу налезет. Что же вы свою жену в таком привезли?
- Постараюсь исправиться, - пообещал Алексей. - Если быстро обернусь, все сам привезу. Куда вы ее определите?
Хозяйка отвела их в комнату и оставила одних.
- Непривычно? - смеясь, спросил он жену, которая круглыми глазами осматривала свое новое жилище. - Тебя здесь ожидает много открытий, главное, постарайся дожить до моего возвращения. Давай я отберу червонцы, а ты выдели что-нибудь из украшений, что не сильно жалко. А это у тебя что?
- Обоймы к твоему метателю, - ответила Лида. - Все я брать не стала, только с цветовой маркировкой. Думаю, тебе их хватит.
- Мне их теперь хватит на небольшую войну, - проворчал Алексей. - Спрячь получше, не дай бог, кто-нибудь уколется. Все, червонцы я отобрал.
- Держи серьги, - она протянула ему золотые сережки с бриллиантами. - Как думаешь добираться?
- Черт его знает! - задумался муж. - В своем времени я бы без колебаний проголосовал на дороге, причем довезли бы и без денег, и документы бы никто не спросил. А сейчас легко можно нарваться. Дед сказал, что до окраин Москвы километров тридцать. Можно было бы и пробежаться по темному времени, но не очень хочется. Одним словом, посмотрю. Вид у меня неподходящий для голосования на дорогах. Сейчас народ одевается просто, многие вообще ходят в военной форме, сняв погоны. А тут какой-то тип в лесу, одетый как на дипломатический прием. Вот что бы ты подумала?
- Я вашей жизни совсем не знаю. Но если все так, как ты говоришь, я бы не остановилась.
