Она через ступеньку сбежала вниз и быстро пошла по коридору в сторону кухни. Дверь сталинского кабинета распахнулась, заставив ее испуганно шарахнуться в сторону.
- Дочь у вас? - спросил ее Сталин.
- Только что приехала, - ответила Лида и неожиданно для самой себя добавила. - Вы так резко распахнули дверь, что чуть не засветили мне по лбу. Я хотела напоить Светлану чаем...
- Не надо так носиться по коридору, - проворчал он. - Возвращайтесь и скажите дочери, чтобы шла в малую столовую, и сами туда приходите. Я позвоню насчет чая.
- И где обещанный чай? - спросил ее муж. - Почему с пустыми руками?
- Что-то в лесу сдохло, - ответила она. - Поднимайтесь, хозяин приглашает нас на чай. Давайте я заодно отдам ему портрет. Ты хотела взглянуть?
- Как у тебя это получилось? - спросила Светлана, с удивлением всматриваясь в работу Лиды. - Он и на фотографиях так на себя не похож, как на твоем портрете! О других портретах я вообще не говорю. Я его таким помнила только девчонкой. Правда, он был моложе. А потом между нами словно пробежала черная кошка. Наверное, я была виновата больше него, но таким я его уже не видела. Я еще и из-за этого редко к нему приезжала. Вряд ли он этот портрет кому-нибудь покажет. А, по-моему, только его и нужно показывать. Что плохого в том, что люди увидят в своем вожде человека? Пока ко мне не приставили охрану, я все время была среди людей и слышала, как они относятся к происходящему. Отца и раньше многие любили, но было немало тех, кто его боялся. Так вот сейчас любящих большинство! А когда он написал статью против культа своей личности, любить стали еще больше!
- Что, сильно мешает охрана? - спросила Лида.
- Не то слово! - ответила Светлана. - И не возразишь: в Юру Жданова стреляли даже с охраной. А я сейчас вынуждена работать только дома. Наберу книг... Ладно, пошли быстрее, а то отец будет сердиться.
- Долго ходите, - недовольно сказал Сталин, когда они зашли в малую столовую. - Чай почти остыл, да и булочки тоже.
- Здравствуй, папа! - сказала Светлана, подошла и поцеловала его в щеку. - С чем сдоба?
- Твои любимые, - ответил он. - С яблоками. А вы что стоите? Ждете отдельного приглашения? Это что, портрет? Поставь где-нибудь, попьем чай, потом покажешь.
Чай был горячий и вкусный, а булочки - еще вкуснее. Алексей тоже любил сдобу с яблоками, но съел только одну булку, глядя с какой быстротой их разбирали женщины.
- Вредно есть столько теста, - заметил Лиде Сталин. - Ты мужа должна кормить, а вы ему ничего не оставили.
- Вредно, когда часто, - возразила она. - Спортом я занимаюсь много, если и растолстею, это будет еще очень нескоро. И булочки это не еда, а подарок судьбы. А подарки должны делать мужчины, мы для того и выходим замуж!
- Ну если так, тогда будем считать, что я с тобой за портрет расплатился, - сказал Сталин. - Ты свой подарок получила, теперь черед твоего мужа. Он сильно рисковал, когда решил прийти сюда и все-таки пришел и выполнил все, что требовалось. Есть решение наградить его орденом Красной Звезды. Награду я вручу лично. На днях вы оба выедете на Урал в небольшой поселок, куда доступ посторонним закрыт. Там будет создана лаборатория, в которой ученые изучат содержание ваших книг. Ну а вы им в этом поможете. Условия жизни там немного похуже, но вас обеспечат всем необходимым. Лучше вам ближайшие год-два пожить там. И пользу принесете, и безопасно. А теперь покажи, что ты там нарисовала.
На свой портрет он смотрел долго, потом спросил Светлану:
- Что думаешь, дочь?
- Я уже забыла, когда ты был со мной таким, - сказала она, отведя глаза. - Прости, я перед тобой виновата.
- Ты не получишь известности с этой работой, - сказал Лиде Сталин. - Хотя выполнено, несомненно, талантливо, не думаю, что покажу его многим. Но пирожков за такое мало. Я подумаю, что к ним еще добавить. А тебе надо развивать свой дар. Там, куда вы едете, это будет сделать трудно, но можно. Недалеко расположен Челябинск, и вы сможете в нем бывать. Лаврентий в вашем поселке тоже будет появляться, если потребуется, всегда поможет. Что пригорюнилась, дочь? Они уезжают не насовсем. Надеюсь, ты и в их отсутствие не забудешь сюда дорогу.
Орден привез на следующий день Берия, а вручил, как и обещал, Сталин.
- Обмоешь как-нибудь сам, - сказал он, отдавая Алексею коробочку и удостоверение. - Будут результаты от вашей поездки, будут и награды. Трудись, майор, а мы о тебе не забудем. И забери это.
Он положил на стол метатель.
