Алексей расправил сложенную в несколько раз "Правду" и сел на диван в гостиной. В небольшой статье пересказывали вчерашнее сообщение об убийстве секретаря ЦК Маленкова и его жены. Сосед услышал выстрелы и с пистолетом выскочил на лестничную площадку. Дверь в квартиру Маленковых была распахнута, а на пороге лежал сам Георгий Максимилианович. Когда из квартиры начали выбегать злоумышленники, сосед открыл огонь на поражение и сумел убить одного из них и еще одного ранить. Потом его самого тяжело ранил третий бандит. Прибывшие работники ГБ обнаружили в подъезде двух убитых ножами работников охраны, а в квартире Маленковых, помимо тела хозяина, его жену, которую убили тремя выстрелами. Раненный бандит позже скончался, так и не придя в сознание. В одном из убитых опознали бывшего партийного работника, снятого с должности в результате чистки. Дальше шли изъявления соболезнования и обычные в таких случаях призывы сплотиться вокруг партийного руководства. Алексею в этом происшествии было непонятно все. Если смогли тихо убрать ножами двух вооруженных мужчин, зачем тогда поднимать шум, стреляя на лестничной площадке? И кому нужен был Маленков, который, судя по газетным публикациям, отошел от дел и потерял былое влияние. Просто месть руководству?
- Что думаешь об этом? - спросил он Николая, зайдя на кухню. - Лично мне непонятно, кому это нужно. И выполнено очень топорно.
- А кто выполнял? - сказал Николай. - Опознанный Ветров воевал в Красной армии, но пришел в нее из махновцев. Тогда же умудрился вступить в партию, скрыв от товарищей этот факт своей биографии. В тридцатых из-за чисток кое-где можно было быстро продвинуться. Именно это он и сделал. Не поставили к стенке только потому, что на нем не было крови. Кроме того, он выступал, как свидетель, против своего руководства, на котором кровь как раз была. Поэтому даже не посадили, хотя было за что. Но большую часть имущества конфисковали и лишили кормушки. Вот его и использовали. А то, что непрофессионально сработали, понятно. Откуда у них взяться профессионализму? Да и не так уж они рисковали. Если бы не этот сосед со своим стволом, спокойно ушли бы. А кому нужно... До Берии попробуй добраться, а в подъезде, где жили Маленковы, всего два охранника. Непонятно, почему открыл дверь хозяин, сейчас всех призывают к осторожности. Может дело в том, который сбежал? Он мог знать его лично. Это убийство не так бесполезно, как ты думаешь. Не отреагировать не могут, а лет десять назад единственной реакцией была бы волна арестов. На это и был расчет.
- Откуда знаешь по исполнителю? - спросил Алексей.
- Сегодня прислали кое-какие данные по линии ГБ. Руководство опасается, что эта акция не последняя, поэтому меры безопасности однозначно усилят. Хотя сюда сунутся вряд ли.
- Я Алексей Самохин, консультант центра, в который войдет лаборатория, - представился Алексей, протянув руку для приветствия.
- Михаил Гольдберг, - высокий симпатичный мужчина лет сорока ответил крепким рукопожатием. - Сказали, что буду эту лабораторию возглавлять.
- А почему вы один? - спросил Алексей. - Обещали пятерых.
- Остальные должны приехать через несколько дней, а я здесь пока осмотрюсь. И насчет чего вы нас будете консультировать, Алексей? Мне вообще о тематике работ ничего неизвестно.
- Вот что, Михаил, - Алексей вернул вошедшему документы. - Возьмите ваше предписание и все остальное и раздевайтесь. Пойдем на кухню, напою вас горячим чаем. С мороза - самое то. Если предпочитаете водку или коньяк, то вам не повезло: в этом доме спиртного не пьют. Позже подойдет жена и накормит вас обедом. Судя по дате отметки, вы приехали сегодня. Уже устроились?
- Да, - ответил Михаил, снимая пальто. - Дали место в общежитии. Через пару недель закончат отделочные работы в доме, где всем научным работникам лаборатории должны дать квартиры. Тогда заберу жену с сыном.
Они прошли на кухню, где Алексей налил в чашки кипяток и пододвинул заварочный чайник.
- Заварку добавляйте по вкусу. Я обычно много не лью, но здесь любят крепкий чай. Вот сахар. По поводу лаборатории... Понимаете, в чем дело... Вам обо мне что-нибудь говорили?
- А как же! - сказал Михаил, который сделал себе чай и взял чашку в руки, грея ладони. - Предупредили, что у вас есть уникальная научная информация, степень важности которой нужно будет оценить. И добавили, что ни о чем другом, кроме науки, с вами разговаривать нельзя.
- Это перегиб, - засмеялся Алексей. - Для вас табу - это любая информация, связанная с прошлым моей семьи. На все остальные темы общаться не возбраняется. У нас могут быть странности, старайтесь просто не обращать на них внимания. О себе скажу только то, что старше, чем выгляжу, и работал в войсковой разведке. Сейчас для удобства работы перевели в МГБ, звание - майор. Жена у меня художник. Надеюсь, вы от таких особистов, как я, не шарахаетесь?
- От таких - нет, - улыбнулся Михаил. - От них сейчас вообще гораздо меньше шарахаются. А образование у вас есть, или это тоже табу?
