— Да шучу я, шучу. Вот тебе чай, вот печенье. Садись, а я буду на тебя любоваться, а потом схвачу в охапку и унесу в спальню! В мое время утверждали, что в любви от молодых девчонок толку мало. Врали, наверное. Чем больше ты молодеешь, тем больше я от тебя теряю голову!
— Я от тебя ее давно потеряла, — Лида доела печенье и передвинула свой стул ближе к мужу. — Леша, как ты думаешь, когда у нас будет ребенок? Так хочу малыша — сил нет! Ну что ему стоит? Вроде мы с тобой уже все сделали! Может быть, дело не в нем, а в ком‑то из нас?
— Меня проверить легко, — задумчиво сказал Алексей. — Позвать ту же Вику…
Последняя шутка привела к тому, что ему пришлось спасаться бегством. Убежал он в спальню, где все завершилось на недавно купленной двуспальной кровати. Устав, некоторое время просто лежали.
— Леш, — сказала Лида. — Вот закончите вы этот реактор, а что дальше?
— Наверное, наше КБ начнет доработку опытного реактора до серийного, а остальные займутся накопителями.
— Я тебя не об этом спрашиваю. Я хочу понять, где наше место в этой жизни. Ты все еще вспоминаешь не одно, так другое и часто даешь дельные советы, но вечно так продолжаться не будет, рано или поздно ты выложишь все свои знания. Ты ведь не ученый, ты военный, а теперь еще и офицер ГБ. Тебя поставили заниматься наукой, а чего хочешь ты сам?
— А чего от жизни хочешь ты? — спросил он, притягивая к себе жену. — Насчет малыша можешь не повторять, это я уже слышал. Тебя устраивает работа у Капицы?
— Пока да.
— Ну и я тебе могу ответить примерно так же. Кто его знает, как повернется жизнь. Мы с тобой помолодели до предела возможного. Еще чуточку и потеряем право на самостоятельность, твое и так уже подвергают сомнению. У нас впереди целая жизнь, много всего можно будет поменять. И это при условии, что мы начнем взрослеть.
— Как это? — не поняла Лида.
— А вот так! Ты уверена, что мы и через двадцать лет не останемся такими, как сейчас? Я вот уже ни в чем не уверен. Кто его знает, что для нас запланировали на будущее? Может быть, из‑за этого и откладывается твое материнство?
— Ты это специально говоришь, чтобы оправдать свою лень? — спросила она, стаскивая с мужа одеяло. — Я же вижу, что ты уже отдохнул! Кто врал, что теряет голову?
Заснули они в тот вечер поздно. Следующий день оказался богатым на неожиданности.
— Слышали, что только что передали по радио? — сказал вошедший в лабораторию Иван Синицин.
— Интересно, как бы мы это могли слышать при отсутствии радио? — спросил Сергей Остроумов. — Давай уже, излагай.
— Передали, что в Советском Союзе состоялось успешное испытание второй атомной бомбы! Вчера взорвали.
— О первой промолчали, отделались намеками, — сказал Алексей, — а сейчас заявили во всеуслышание. Я думаю это свидетельствует об успехе работ и уверенности руководства.
Вторую новость Алексей услышал от Капицы, когда по делу зашел в его кабинет.
— Минут десять назад услышал новость, — сказал ему Пётр Леонидович. — Сталин уходит.
— Как это уходит? — не понял Алексей. — Куда?
— Включил приемник, а там передают информационное сообщение съезда, — пояснил Капица. — Выступил Сталин и заявил, что не в силах больше занимать посты Генерального секретаря партии и предсовмина. Предложил доверить их Берии. Мол, он и так выполнял эту работу и выполнял прекрасно. Его попытались уговорить остаться, но не преуспели. Он вообще посоветовал не оставлять высших партийных и государственных постов тем, кому перевалило за семьдесят. Надо сказать, что он меня приятно удивил. Сообщили, что съезд все утвердил. Как вы думаете, к чему это приведет?
— Хуже не будет, — ответил Алексей. — Берия и так всем заправлял. Скорее всего, следует ждать от него каких‑то действий, направленных на увеличение его популярности. Снизят цены или кого‑нибудь реабилитируют. И взрыв второй бомбы подгадали к съезду. Наверняка Сталин донес до депутатов роль Берии в атомном проекте.
— Он действительно очень много сделал, — сказал Капица. — Ладно, перейдем к делам Центра. Я думаю использовать лабораторию Гольдберга для подготовки выпуска накопителей. Реактор достроят и без них, там дело только за строителями. Что скажете?
— Правильно думаете, — согласился Алексей. — В разработке КИП они не участвуют, а больше там пока ученые не нужны. Если что‑то будет неясно при монтаже, они и так всегда смогут помочь. Только я вот остаюсь не у дел. Не понял я, если честно, как эта хрень накапливает электроны. Отдельные элементы мозаики понятны, но в голове в ясную картину не складываются. Так что помощи от меня будет…
— А вы не расстраивайтесь, — сказал Капица. — Не вы один такой. Из лаборатории Гольдберга в накопителях полностью разобрался только он сам. Там все довольно сложно. Но для вашей задачи это неважно. Нужно изучить все производственные процессы и дать свои рекомендации и замечания. До этого вы неплохо помогали в такой работе.
Вечером Самохины сами прослушали новости съезда по недавно купленному радиоприемнику. Ничего важного к утреннему выпуску добавлено не было.
