– Где же она? Неужели ушла куда-то? – Алиса еще раз осмотрела дом. На вешалке висело зимнее пальто старушки, теплый платок и шапка, а под ней стояли теплый войлочные сапоги. – Женщина жила небогато, это я точно знаю. Я статью должна была написать, чтобы привлечь внимание к нелегкой жизни больного ветерана. Вряд ли у нее было два пальто и две пары сапог. Даже если «родственник» ее куда-то увез, она же должна была одеться, на улице-то холодно.
Нефедов молчал, и девушке стало неудобно, что она отвлекает занятого человека от работы. Ей казалось, что он ей не верит, и как доказать, что ей вчерашние события не приснились, она не знала.
– Пойдем-ка к соседям сходим, – капитан был немногословным, но, похоже, не злился, это немного успокаивало.
Соседская собака захлебывалась лаем, стучать в окно не пришлось, вскоре вышла полноватая женщина лет 45. Она представилась Антониной Михайловной, и сказала, что к Перепелкиной Таисии Павловной она ходит 2 раза в неделю, ухаживает за ней, за что бабуля обещала оставить ей дом после своей смерти.
– Старушка невредная, самостоятельная. Я ей продукты покупала, а так она сама себя обслуживала, готовила. Убирала я раз в две недели, она же одинокая была. Сколько ее знаю, никто к ней никогда не приезжал.
– А как же «родственник», вы разве его не видели? – заволновалась Алиса.
– Не было у нее никаких родственников, это точно.
– А когда вы последний раз ее навещали? – спросил Нефедов.
– Да вчера только к ней ходила, никого у нее не было.
Уходя, капитан и Алиса оставили Антонине Михайловне номера телефонов на случай, если Таисия Павловна появится. Нефедов повез девушку домой. В машине стояла тишина, Алиса повернулась и посмотрела на него. Он был задумчивым и сосредоточенно смотрел на дорогу.
– Вы сердитесь? Я заставила вас заниматься ерундой… Но я ведь не знала, что они уже уехали. Только странно как-то все это – без шапки, без пальто, в доме бардак. Ноутбук мой с собой, что ли взяли, ведь его нигде нет? И дверь открыта. Почему Таисия соседке ничего не сказала? Мне кажется, что ее увезли насильно. Поверьте, этот мужик выглядел, как настоящий уголовник, у него все руки в наколках.
– Алиса, вы его хорошо запомнили? Фоторобот составить поможете? Если завтра бабушка не появится, будем возбуждать уголовное дело по факту пропажи человека. Заявление соседка напишет, и будем расследовать. Все это, конечно, очень подозрительно.
– Правда? Я рада, что вы мне поверили. Жалко ее, кому могла понадобиться бабуля – «божий одуванчик»…
– Вы не заметили, может быть, что-то пропало?
– Да я в первый раз не успела толком обстановку-то разглядеть. Вроде ничего… Кроме моего ноута. Эх, что я главреду скажу… Странно, что он еще не позвонил. Придется писать статью заново, по памяти.
Нефедов высадил расстроенную журналистку около дома и поехал на работу. Снег все сыпал и сыпал, машины застревали в сугробах на узких улочках, но он все же до отделения добрался благополучно. Задумчивое выражение не покидало его лицо целый день, и в итоге он даже получил нагоняй от начальства. Мысли Вячеслава были отнюдь не текущих делах.
Алиса чувствовала невероятный подъем, несмотря на то, что Таисия Павловна пропала. Приехав домой, она залезла в горячую ванну, выпила кофе и решила переписать статью. Работать на планшетном компьютере было не очень удобно, но выбора у нее нет, сроки поджимали. Невероятный энтузиазм наполнил ее душу, хотелось что-то делать, куда-то бежать, созидать. Девушка не могла себе признаться, что это все благодаря тому, что она завтра снова пойдет в ГУВД составлять фоторобот и наверняка увидит следователя Нефедова. От работы ее отвлек звонок телефона. Звонила Антонина Михайловна, соседка Таисии. Загадочным голосом, почти шепотом она сообщила, что в окнах дома Перепелкиной горит свет.
– Что делать? – спрашивала она, – Звонить следователю или сходить к ней сначала? Что-то мне страшно одной, вдруг там кто чужой, дверь-то не закрыли, поди.
– Антонина Михайловна, зачем Вячеслава Юрьевича отвлекать по пустякам. Сейчас я приеду, и посмотрим, что делать. Вдвоем-то не страшно.
Алиса не сказала соседке про вчерашнего «родственника» и якобы спящую пенсионерку. Ей хотелось самой позвонить Нефедову и сообщить новость. Пока она ехала в такси, ей не было страшно, но когда она увидела свет в окнах Перепелкиной, ужас сковал ее тело. Анотонина уже ждала ее возле забора.
– Ну что, пойдем? – неуверенно спросила она.
– Давай сначала в окошко посмотрим.
Подойдя к дому, Аля заглянула в одно окно, но ничего не увидела. Только в третьем по счету она разглядела человеческую фигуру. Снег и мороз разукрасили стекла, видно было плохо, но то, что в доме находится мужчина, стало ясно по очертаниям тела человека.
– Надо звонить следователю, – и Алиса быстро набрала его номер.
