В его финале танцор так обрушился на деревянный помост, словно это его последнее выступление, и затем жизнь артиста оборвётся.
Также резко оборвалось пение и игра инструментов. Секундное молчание. Зал стоя взорвался овациям. Мужчина поднялся и, учтиво поклонившись, гордо ушёл со сцены.
Следующей на сцену вышла женщина такого же почтенного возраста, стройная, с отточенными чертами лица и живым пронзительным взглядом. На ней надето чёрное платье с красными вставками, волосы собраны в пучок, в руках красный веер, на ногах туфли с костяными набойками для выбивания ритма. Сквозь черноту волос пробивалась серебристая прядь, придавая колдовскую красоту её образу. Некоторое время она стояла неподвижно, обводя взором зал, вглядываясь в глаза каждому зрителю, как будто гипнотизируя зал. Под ритмичные звуки гитары и маракас на сцене протяжно запел кантадор.
Танец начался. И какой! Быстрые, отточенные движения, взгляд, выражение лица, осанка – теперь на сцене не пожилая дама, а энергичная девушка. Самое поразительное – это перемещения рук. То её руки зафиксированы в одном положении, и вдруг они оказываются совершенно в другом месте, но как они переместились – абсолютно незаметно. Движения настолько быстрые и чёткие, что глаз человека не успевает их отследить. Шаманское пение, таинственная испанская гитара, магический танец, вместе они создают впечатление… нет, это не впечатление. Это, действительно, танцует настоящая ведьма. Зал заколдован, все очарованно смотрят на действие, происходящее на сцене. Исполнители фламенко и зрители вновь слились воедино в этом маленьком, наполненным табачным дымом, зале. Теперь все вместе они – единое сущее. И тут глаза танцовщицы впились в Альваро. Он почувствовал, как ведьма заглядывает прямо внутрь него, изучая каждый уголок его тёмной души. Альваро передёрнуло, много боли и жестокости хранит его душа. Голова закружилась, далее всё происходило как в тумане. Он чувствует, что все происходит и с ним, и не с ним. Танцы, пение, обильно разливающаяся по бокалам сангрия, возвращение домой, приготовление ко сну. Всё это Альваро видит со стороны. Как будто он сопровождает самого себя, находясь где-то рядом, но не внутри, а снаружи своего тела.
Перед сном перед глазами Альваро проносятся видения былых коррид: его блистательные победы, овации публики и убитые им быки. Как же он ненавидел быков! Все неудачи: проигрыши на спортивных ставках, штрафы за парковку, невезение в любви и даже больная с похмелья голова – во всём виноваты быки. Эту истину Альваро придумал сам для себя. Прямой связи нет, но кто-то должен быть виноват. А быки вины не отрицали. Поэтому он убивал их в качестве мести. К тому же эти убийства приносили вполне приличный доход.
Отойдя ко сну, наш герой снова видит сцены прошедших сражений. Остервенело и с удовольствием Альваро убивает быков, корча неестественные гримасы. Он вытягивает губы в трубочку и глаза выпучивает так, что, кажется, они сейчас оторвутся от лица и выскочат прямо в морду быка. Корриды проносятся во сне одна за другой. Альваро де ла Вега, танцуя на цыпочках, стучит зубами и трясёт перед быком красно-жёлтым плащом. Затем укол, ещё укол, кровавая агония животного и смерть. И так раз за разом – выход на арену под аплодисменты, изящный танец и смерть. Одна за одной пролетают корриды, до той, самой первой, когда он, ещё неопытный мальчишка, трясущейся рукой убил своё первое животное на небольшой сельской арене. В такую пропасть собственного сознания свалился Альваро, пребывая во сне.
Утром Альваро проснулся от какого-то глухого удара в голову. Он открыл глаза и увидел, что его задел рогом стоящий рядом бык. При этом сам Альваро лежит в стойле для быков на мятой соломе, а рядом с ним находятся ещё три рогатые твари.
– Бред, я не проснулся. Так бывает – просыпаешься и снова оказываешься во сне. Это как двойное дно. – Так успокоил себя наш герой и попытался заснуть снова.
Он закрыл глаза и сильно зажмурился. Но снова проснулся, оттого что,стоявший рядом бык наступил тяжёлым копытом на бедро Альваро.
Молодой матадор вскочил от неожиданной боли, но потерял равновесие. Падая вперёд, он выставил руки перед собой, чтобы не удариться о землю, но оказалось, что упёрся в пол парой копыт, которыми заканчивались мускулистые бычьи ноги. Теперь Альваро вполне устойчиво стоял на четырёх конечностях. Ничего не понимая, Альваро осмотрел себя, насколько это возможно. Вместо рук и ног он с ужасом увидел копыта. У матадора началась паника.
– Это невозможно! Что со мной? Почему я здесь? И что делают рядом со мной эти твари?!
Он вставал и падал, бился о стену и снова падал.
А что такое тяжёлое у него на голове? Неужели рога?
В углу загона стояло достаточно широкое ведро с водой. Альваро проковылял к нему неуверенной походкой и посмотрел на себя. В отражении он увидел быка. Не сказать, что очень большого и сильного, но высокого и стройного, как тополь. И, без сомнения, это бык!
Разум Альваро отказался принимать это как действительность, и сознание покинуло его.
