– Косира, – сказал Н'б'ри, – не напоминай ему, как он стал такой важной персоной, он и так скоро лопнет. Лабала, – продолжил он. – Хочу задать тебе вопрос. Сейчас все голодают, а ты остаешься таким же толстым, каким был на корабле. Как тебе это удается?
Взгляд Лабалы стал зловещим.
– Ты до сих пор не понял, куда подевались все эти люди? – Он облизнул губы. – Я многому научился у линиятов и у тех живущих в пирамидах идиотов. Нет ничего вкуснее нарезанного тонкими ломтиками немытого пирата.
Он наклонился над Гаретом и поднял его веко.
– Он в глубоком сне, поэтому заткнитесь все и смотрите, чему я научился у бедняги Дафлемера. – Его лицо стало серьезным, и он прогнал ненужные мысли прочь. – А теперь истолчем эти крылья бабочек, вот так. Сейчас прикоснемся к ним… видите, как они загорелись, хотя я не подносил к ним ни спички, ни уголька… вот на что способен настоящий чародей. В пламя мы бросаем руту, череповник, чохош и другие нужные травы.
Лабала прищурился и начал произносить заклинание:
– Твои глаза
В этих чешуйках.
Свой к своему своего.
Все ближе,
Все ближе
Другие силы,
Другие методы.
Твои глаза
Взлетают,
Парят,
Летят по ветру
С этими кусочками,
Летят по ветру.
Видят все,
Видят все.
На север
Вместе с ветром,
Земля внизу,
Ты видишь все,
Видишь все,
Возвращаешься,
Запоминаешь,
Что было внизу,
Что ты видел.
Он повторил заклинание трижды, потом поднял истолченные крылышки над головой и разжал пальцы. Они взлетели вместе с дымом от костра, потом их подхватил и куда-то унес ветер.
Лабала открыл глаза.
– Подождем и посмотрим, что у нас получилось. Кстати, не пора ли подумать об ужине?
Гарет смотрел на свой лагерь с высоты и не чувствовал никакого удивления.
Он понял, что перемещается в том направлении, в каком смотрит, и, не понимая, как ему это удалось, переместил свой взгляд на восток, а потом – на север, непрерывно взлетая все выше и выше.
Сначала ему показалось, что степи бескрайние, потом он заметил недалеко от лагеря родник, который превращался в ручей, а потом и в небольшую реку.
Река падала с плато в джунгли огромным водопадом. Внизу она становилась все шире и полноводнее по пути к ожидающему ее океану.
Каким-то образом Гарету удавалось видеть родник так, словно он стоял с ним рядом и, одновременно, с большой высоты. Он видел, как река становилась все шире. Он надеялся, что река была Мозаффаром, в устье которого находился самый северный город линиятов, потому что помнил рассказы рабов о том, что он был судоходным на многие мили вглубь континента.
Он видел даже поселки на берегах реки, видел ее затянутое туманом устье у океана, по которому он вернется домой из этих странных земель. Ему показалось, что он видит корабли, которые выходят из устья реки, подняв паруса.
С печалью он понял, что пора возвращаться, хотя он, лишенный плоти и тревог, готов был остаться здесь навечно. Если бы только рядом была Косира. Возможно, когда придет время умирать…
Гарет открыл глаза и понял, что лежит на своем одеяле. С одной стороны рядом с ним сидела Косира, с другой – Лабала.
– Вовремя ты вернулся, – заметил Лабала. —Еще несколько минут, и остался бы без ужина.
– Что ты видел? – спросила Косира, рядом с ней присели Фролн и Н'б'ри.
– Я видел исток реки, которая выведет нас к морю, я видел город с нужными нам кораблями. Всего в трех или четырех днях пути.
Фролн поднялся на ноги.
– Веселей, ребята! – крикнул он. – Мы не умрем в этих вонючих болотах!
– Не нравится мне все это, – пробормотал Фролн, глядя с обрыва вниз и не обращая внимания на брызги водопада.
– Мне тоже, сэр, – сказал Н'б'ри. – Тали изношены, связаны из кусков, к тому же я сомневаюсь, что их длины хватит до основания скалы. Трос перетрется о скалы, потому что у нас нет нормальных материалов, чтобы сделать брашпиль. Так что предстоит все делать, не избежав при этом пота, ругани и прочего дерьма, как в старые времена, когда еще не был изобретен рычаг.
Колонна подошла к месту, где река падала с плато вниз более чем на тысячу футов.
– Трудно будет даже здоровым, – мрачно заметил Фролн. – Сомневаюсь, что нам удастся спустить носилки с больными и ранеными и не потерять ни одного человека.
Он и боцман Номиос посмотрели друг на Друга.
– Что касается остального… как ты и говорил, у нас нет шкивов, брашпилей, кабестанов, талей или рычагов, – добавил Фролн. – Тяжелая будет работа.
– Для пушек потребуется магия, – сказал Номиос.
– Или большая дружелюбная птица, – добавил Фролн.
Гарет, почти не слушая их, внимательно, фут за футом, осматривал заросшую кустарником пропасть.
– Получится,—наконец сказал он. Моряки ждали, когда он продолжит.
– Действовать будем поэтапно, – объявил он. – Сначала отсюда до того выступа, оттуда —самый длинный спуск – до того места, где вода падает с карниза. Перенесем по нему пушки испустим их до того торчащего из скалы дерева, оттуда строго вниз до берега реки.
Моряки обдумали его предложение.
– Возможно, – сказал наконец Номиос.
– Свяжем вместе тросы, за которые тащим пушки. Лабала, у тебя есть заклинание, которое укрепляет тросы?
