Он выскочил из каюты, хлопнув дверью, и загремел вниз по трапу, задыхаясь от хохота.
“Стойкому” давно пора было уходить из этой тихой гавани рядом с островком. Рано или поздно рядом могли пройти линияты с зорким впередсмотрящим или любопытным магом на борту.
Гарет долго изучал карты Келча, прежде чем принял решение устроить засаду рядом с городом Батан, который был единственным нанесенным на карту поселением на континенте Каши, к северу от Нуурата. Во-первых, он находился достаточно близко, во-вторых, в порт должны были заходить суда, на которые имело смысл напасть.
Кроме того, рядом с портом точками были нанесены на карту острова, среди которых мог спрятаться имевший небольшую осадку “Стойкий”.
Так он надеялся.
Он сообщил команде о принятом решении, и все без исключения поддержали его. Гарету было приятно, но он знал, что если не будет богатой добычи или если команда понесет тяжелые потери, он станет простым матросом.
Они подошли к континенту Каши далеко к северу от Нуурата, повернули на север и начали петлять среди островов. И тут вахтенный на грот-мачте заметил лодку.
Свободные от вахты матросы столпились на носу, чтобы поглазеть на скользившее по проливу между двумя островами длинное каноэ с двумя аутригерами и треугольным парусом из рогожи. В лодке был один человек.
На вахте стоял Техиди, который скомандовал “Стойкому” подойти к каноэ.
— Может быть, у него есть фрукты, которые мы обменяем на хлеб.
— Или обманем и дадим ему галет, — сказал один из матросов.
— Он вряд ли рассердится, — подхватил еще один матрос. — Бедняга наверняка так давно не ел мяса, что червяки в галетах просто обрадуют его.
В каноэ сидел темнокожий юноша с очень длинными, очень черными, собранными в пучок на затылке волосами, из одежды на нем была только цветастая набедренная повязка. Увидев приближающийся корабль, он схватился за веревки паруса и что-то запричитал высоким голосом.
— Похоже, он молится. И вдруг стих ветер.
Юноша бросил еще один взгляд на корабль и прыгнул за борт.
— Какого…
— Бедняга, — сказал Лабала. — Подумал, что такие корабли могут быть только у линиятов, и решил, что лучше утопиться, чем стать рабом.
— Он прав.
Гарет был уже на палубе. Техиди взглянул на него безумным взглядом, стянул штаны и рубашку и прыгнул в море.
— Ради всего святого, — воскликнул Номиос, — что он задумал?
— Решил поиграть в спасателя.
Команда подбежала к борту. Каноэ почти поравнялось со “Стойким”.
— Спустить паруса и разворот, — приказал Гарет. — Подойти к каноэ.
— Есть, сэр, — ответил рулевой, а Номиосу явно стало стыдно оттого, что не отдал такую команду сам.
— Смотрите, вот он… ему удалось схватить мальчишку.
На поверхности появился похожий на кита Техиди, держащий под мышкой яростно отбивающегося туземца.
— А парню совсем не хочется… ой! Техиди и юноша снова исчезли, оставив на поверхности только пузыри. Потом Техиди появился снова, с выражением муки на лице. На этот раз он держал почти потерявшего сознание мальчишку за волосы.
— Вот шельмец, — задыхаясь произнес он. —Ударил меня по яйцам и решил снова уйти на дно. Нужно было отпустить его.
Все расхохотались, а Гарет приказал достать из трюма грузовую сеть и подготовить балку. Парень был бесцеремонно поднят на борт “Стойкого”, а его каноэ привязано к судну.
— Что теперь? — спросил Гарет, когда Техиди перестал подпрыгивать и хвататься руками за низ живота.
— Э…— задумчиво произнес Фролн. — Он неплохо выглядит. Если нашему помощник устало совсем одиноко…
Он замолчал, увидев взгляд Техиди. Видимо, вспомнил о его силе.
— Понятия не имею, что с ним делать, — сказал Том. — Но я все равно не позволю ему утонуть.
— Ты прав,—согласился Гарет.
Юноша быстро заговорил, но никто не понял ни слова.
— Интересно, — сказал Гарет. — Мы совсем не похожи на линиятов, а он явно считает нас работорговцами. Это значит, что мы находимся в водах, в которые линияты в последнее время не заходили.
— Думаю, я знаю, что с ним делать, — сказал Лабала.
— Перестань, Лаб, — крикнул кто-то. — Мы же договорились — никаких человеческих жертвоприношений.
— А тебе не хочется поплавать с ядром на шее? — спросил Лабала. — Гарет, я не до конца постиг премудрость заклинания на понимание языков, по крайней мере не так, как настоящий маг, но я знаю, что нужно делать. Почему бы не попробовать на этом парне?
Гарет кивнул, и вскоре кок принес различные целебные растения: тимьян, розмарин, ягоды можжевельника и ромашку, Лабала начертил на палубе мелом три треугольника и выпотрошил свежепойманную рыбу.
— Из мозга в мозг… — пробормотал он, срезая верхнюю часть головы рыбы и доставая мозг размером с ноготь.
Он коснулся мозгом головы юноши, который попытался улизнуть, но остановился, увидев свирепый взгляд Лабалы.
— Теперь ты, Гарет.
Гарет послушно склонил голову.
— Если не сработает, — сказал кто-то, — вернее, если сработает, капитан будет прыгать за борти радостно плескаться в волнах.
— Заткнись, — пробурчал Лабала. — Я думаю…
Он открыл мальчику рот, несмотря на отчаянные попытки укусить его, и взял на кончик пальца капельку слюны.
— Теперь ты, Гарет.
