— Гарет, не хочу тебя обижать. Ты выставил часовых на кораблях и на причале, которые охраняют нас день и ночь. Но я слишком много времени провел в порту и знаю, что пробраться на корабль можно, причем на любой. Поэтому я разложил на всех кораблях амулеты, которые должны были предупредить меня, если на борт проникнет человек с дурными намерениями. Пришлось поломать голову над заклинанием, учитывая, каких плутов и мошенников ты берешь в команду. Потом один амулет предупредил меня, как верная сторожевая собака, и вот я здесь. Последние несколько часов я исследовал их, и не только пальцами, и теперь могу сказать тебе направление, в котором находится приготовивший ловушки волшебник. Кстати, я потратил еще час на то, чтобы проверить мои догадки. Впрочем, тебе все равно не удастся угадать, кто наш недоброжелатель.
— Думаю, удастся.
— Полагаю, нам не следовало тогда шутить с этими свиньями.
— Возможно, не стоило, возможно, стоило, —сказал Гарет, чувствуя, как в нем закипает ярость. — Думаю, пора посетить любимую лужу этого лорда свиней.
“Лужа” лорда Квиндольфина находилась на Королевской горе и представляла собой изысканно украшенный каменный особняк с бойницами, обнесенный высокой стеной с острыми пиками поверху для защиты от стражников или грабителей.
Ворота гостеприимно распахнулись.
Гарет взял с собой двадцать самых надежных моряков со “Стойкого”, все они выглядели невооруженными.
По улице, на которой стоял особняк, ходили люди, многие из которых были одеты в плащи, и никто не обращал внимания на моряков.
— Итак, — сказал Гарет. — В логово льва, а там посмотрим, что получится.
Матросы двинулись вперед, а Лабала отошел в сторону.
— Думаю, от меня здесь не будет пользы. Никто не стал с ним спорить, лишь немногие смели усомниться в правильности мыслей волшебника.
Двор был выложен разноцветными камнями. Чуть в стороне стояла конюшня и размещался открытый навес для карет. Во дворе не было ни души.
Гарет направился к главному входу, и вдруг ворота с грохотом захлопнулись, хотя рядом никого не было видно.
— Стойте, — раздался звучный голос. — Не подходите ближе.
У балконной двери стоял лорд Квиндольфин и смотрел на матросов испепеляющим взглядом.
— Не думал, что ты окажешься таким глупцом и сам придешь ко мне, Гарет Раднор.
— Я — обычный гражданин, которого вы оскорбили и который считает, что имеет право получить от вас сатисфакцию.
— Сатисфакцию? — лорд Квиндольфин язвительно рассмеялся. — Гнусный подонок, ты думаешь, что все еще находишься в стране пиратов, где каждый может поступать как ему заблагорассудится, если на ремне висит острый меч?
— Почему нет? — спокойно спросил Гарет. —Вы ведь себя так ведете?
— Пока тебе везет, — сказал Квиндольфин. —Иначе позор, который ты навлек на мою семью, был бы смыт кровью много лет назад. Но сейчас мы сможем наконец поставить точку. Ты пришел в мои владения с бандой хулиганов, а все законы гласят, что человек имеет право защищать себя и свою собственность. Дессау, ко мне!
На небольшом балконе рядом с Квиндольфином появился человек. У него были длинные, тщательно расчесанные серебристые волосы и борода, а одет он был в свободную черную блузу и широкие штаны.
— Да, господин?
— Уничтожь этих людей, которые пришли, чтобы причинить вред моей семье и мне самому!
Дессау улыбнулся.
— С удовольствием, лорд Квиндольфин.
Он опустил взгляд на матросов, и Гарет услышал, как один из них застонал от страха. Остальные вытащили из-под одежды пистолеты и кинжалы.
— Надлежащая защита… огонь всегда привлекал меня больше всего другого, — пробормотал Дессау.
Он поднял правую руку, указав пальцем на Гарета, а левой рукой принялся выписывать какие-то странные узоры в воздухе, выговаривая:
— Моя прелесть, Моя гордость, Мой друг, Мой меч, Приди ко мне. Принеси свою силу, Свой страх. Я приказываю тебе, Порази их, Порази немедленно!
На кончике пальца колдуна появился крошечный огненный шарик, который быстро вырос до размеров головы. Дессау снова закричал:
— Порази их!
Шар слетел с кончика пальца, завис в воздухе, развернулся, растянувшись, как просыпающаяся кошка, и полетел обратно.
Огонь обволок руку волшебника, словно ртуть, Дессау закричал и скрылся из виду.
Квиндольфин открыл рот от удивления.
— Ты попытался убить меня, — закричал Гарет, чтобы его услышали свидетели. — Приказываю вам, мои верные слуги, взять этого человека под стражу, чтобы он предстал перед королевским судом!
Из переулка выбежала дюжина мужчин с деревянным тараном, окованным железом. Створки ворот разлетелись в стороны от удара. Вооруженные люди ворвались во двор, другие, сбросив плащи и перестав притворяться прохожими, последовали за ними.
— Стража! — закричал Квиндольфин срывающимся голосом. — Ко мне!
Распахнулись двери, и во двор выскочила толпа вооруженных до зубов слуг в черно-красных ливреях.
— Взять их! — закричал Гарет, обнажая мечи доставая пистолет из-под плаща.
Он подбежал к лестнице, и у него на пути встали слуги. Раздался выстрел, и один из слуг упал. Другой сделал выпад, Гарет отбил его и вонзил клинок в грудь врага.
