— Капитан, — обратился он к кастильцу, — наша госпожа довольно вспыльчивая особа. Ей может не понравиться, если некие гости города, вооруженные до зубов, начнут прогуливаться вокруг ее скромного жилища. Может выйти пренеприятнейшая история. Де Сото остановился.
— Тогда мне нужно дать «отбой» помощнику.
— Мы подождем, — смиренно заметил капитан городской стражи.
Помощник, не заботясь о приличиях, выкрикнул несколько цветастых восточных ругательств и два весьма заковыристых богохульства на наречии, имеющим хождение во всех европейских портах, которое позже назовут выспренно «романской группой языков».
— Но это же опасно, мой капитан!
— Коварные ловушки так не расставляют, — успокоил его де Сото. — Просто мы чего-то не понимаем в местных обычаях и политике. Сидите на корабле. Лично ты можешь посетить ярмарку, присмотреть порох и свинцовую поволоку. Наш запас вышел.
Помощник, сокрушенно покачав головой, проводил капитана долгим взглядом.
При колеблющемся свете факела лицо женщины, которое при ярком свете могло бы показать миловидным, представлялось капитану де Сото ликом фурии. Фрау Гретхен, дама без особого звания, но обладающая загадочной властью в крупнейшем ганзейском порту северной Европы, пытливо рассматривала бесстрастный лик южанина.
— Итак, — сказала она решительным голосом, — я нанимаю вас, капитан, вместе с кораблем и командой для одного весьма деликатного дела.
— Я дал обет, — слащаво улыбнулся мужчина, потягивая мальвазию. — Пока не повстречаю лично пророка Илию или равного ему по рангу божьего угодника — не возвращаться на берега Средиземного моря.
— Про обет я слышала, — одними губами улыбнулась Гретхен, глаза ее при этом оставались холодными, словно у хищной рыбины. — Подкреплен он также смертным приговором, вынесенным вашей особе, гранд, на острове Родос, в Испании и на Мальте.
— Видимо, — философски откомментировал слова Гретхен де Сото, и ухом не поведя, — Господь не очень доверяя моей вере и желает укрепить меня на путях добродетели не только осияв светом Своим, но и понуждая христианских владык следить за соблюдением мною, грешным, данного обета.
— Аминь, — сухо закончила фрау Гретхен. — Я служу Ливонии. А тамошнему магистру глубоко наплевать на мнения католических крестоносцев теплых морей, отдавших мусульманам Гроб Господень. Соблюдайте и дальше свой обет, капитан, мое деликатное поручение касается Балтики.
— Я весь внимание.
— Вот здесь, — женщина уверенно ткнула рукой в довольно подробную карту северного побережья Ливонии, — торговый путь, связывающий нас с окруженными язычниками рыцарскими землями, в последние годы находится под постоянными ударами пиратов.
— Я слышал, — заметил де Сото, — что виталье-ры сильно досаждают купцам.
— Это еще слабо сказано, — губы Гретхен сжались в одну бледную щелку, и на миг южанину показалось, что оттуда показался длинный раздвоенный змеиный верех. — Они буквально рвут на части всякую торговлю.
— Я взялся бы за охоту, — довольно потер руки де Сото. — Но это будет стоить вам немало.
— У нас достаточно своих воинов, на суше и на море, — непреклонно возразила ему фрау Гретхен. — Вы слишком плохо знаете северные моря и повадки славянских разбойников, чтобы соваться в эту кашу.
— Так зачем же я понадобился?
— Вскоре к замку славного ливонского рыцаря по имени Роже должен отправиться купеческий корабль, который повезет весьма и весьма важный груз, — проговорила после некоторой паузы Гретхен. — Это судно во что бы то ни стало должно добраться до замка.
Де Сото внимательно вперился в маршрут движения корабля, который женщина очертила твердым ногтем на карте, от ганзейского порта до мыса, далеко вдающегося вглубь Балтики.
— Задание не особо сложное, — заметила фрау. — Аибо сопроводить корабль до пункта назначения, либо выйти в море несколько раньше и очистить от ви-тальеров предполагаемый маршрут движения.
— Второй вариант мне больше по нраву, — признался южанин. — Не пристало «Темному Спруту» плестись в хвосте купеческого корыта.
— Это дело ваше, — поморщилась Гретхен. — Я в навигации и морском бое смыслю немного. Вот оплата.
На стол был небрежно брошен звякнувший кошель.
Де Сото с кислой миной высыпал на доски золотые монеты с неровными краями дурной германской чеканки, потом удовлетворенно чмокнул губами, наткнувшись взором на массивный перстень с алмазом.
— Не густо, — заметил он. — Но и не пусто.
— К сему я присовокупляю следующее, — сказала она. — Посланник острова Родос при здешнем маркграфе, равно как и гостящий у него родич герцога
Кастильского ничего не узнают о местопребывании некоего испанского гранда, известного в кругу поганых берберийских пиратов как Лис Морей.
— А это уже иначе и не назовешь, как «щедрое и великодушное предложение», — хохотнул южанин, собирая в кошель добычу. — Очень бы не хотелось покидать здешнюю гостеприимную гавань навсегда.
Показывая, что разговор окончен, Гретхен начала приподниматься из-за стола, но названный Лисом Морей остановил ее, сильно взяв за руку.
