Нет, не старика она боялась разбудить. Страх и беспокойство одолели ее еще в пути, когда то и дело клонило ко сну. Но сейчас страх обострился, и причиной тому — маленькие следы на крыльце. НОГА НЕ БОЛЬШЕ, ЧЕМ У…
Усталый цензор-мозг не успел пресечь крамольную мысль.
…ЧЕМ У ГЕЙДЖА!
ХВАТИТ! ЧУШЬ КАКАЯ-ТО!
И она крутанула ручку звонка. Зазвонило громче, чем ей помнилось, и совсем не так мелодично: как-то коротко и резко, со всхлипом. Рейчел отпрянула от двери, нервно рассмеялась. Хотя ей было совсем не смешно. Сейчас в прихожей зашаркает Джад. Но что-то не слышно его шагов. Тишина. Тишина в доме. Может, собраться с духом да еще раз покрутить красивую, кованую ручку. Но тут за дверью послышались звуки, которые Рейчел никоим образом не ожидала услышать здесь.
МЯУ!.. МЯУ!.. МЯУ!..
— Никак, Чер? — изумилась и перепугалась Рейчел. Прильнула к стеклянной двери, но увидеть ничего не удалось. С обратной стороны дверь занавешена белой шторой. Аккуратница и рукодельница Норма.
— Чер, это ты?
— Мяу!
Рейчел легонько толкнула дверь. Не заперта. Да, в прихожей, обвив хвостом лапы, сидел Чер. На шкурке Рейчел заметила темные пятна. Грязь, наверное. Но тут же обратила внимание на усы: на них висели красные капли.
Кот поднял лапу, принялся ее вылизывать, не спуская глаз с Рейчел.
— Джад! — снова позвала она, уже с тревогой. Вошла в дом. Тихо. Никто ей не отвечает.
Рейчел попыталась сосредоточиться, но почему-то опять наползали тусклые, нечеткие воспоминания о Зельде. Как болезнь скрутила ей руки и плечи; как билась в ярости больная голова об стену — в тех местах порвались обои и осыпалась штукатурка… И с чего бы ей сейчас вспоминать Зельду, если, быть может, в беде Джад? Вдруг упал, а сил подняться нет.
ДА, ДА, НУЖНО ДУМАТЬ ОБ ЭТОМ, А НЕ О СНАХ, ЧТО МУЧИЛИ В ДЕТСТВЕ: ОТКРЫВАЕТСЯ ШКАФ И ОТТУДА ВЫПРЫГИВАЕТ ЗЕЛЬДА. ПОЧЕРНЕВШЕЕ ЛИЦО, МЕРТВЫЙ ОСКАЛ… ИЛИ: ОНА, РЕЙЧЕЛ, СИДИТ В ВАННЕ И ВДРУГ ЗАМЕЧАЕТ, ЧТО СНИЗУ ИЗ-ПОД ВОДЫ НА НЕЕ СМОТРИТ ЗЕЛЬДА… А ТО КАЗАЛОСЬ, ЧТО ЗЕЛЬДА ПРЯЧЕТСЯ В ПОДВАЛЕ ЗА ОТОПИТЕЛЬНОЙ КОЛОНКОЙ.
Чер открыл пасть, блеснули острые зубы. Он снова мяукнул.
ПРАВ ЛУИС: НЕЛЬЗЯ БЫЛО КОТА КАСТРИРОВАТЬ. ОН СОВСЕМ ДРУГОЙ СТАЛ. ЛУИС ГОВОРИЛ, ЧТО ИСЧЕЗНУТ ВСЕ ИНСТИНКТЫ ХИЩНИКА. КАК БЫ НЕ ТАК. ЧЕР И СЕЙЧАС ОХОТИТСЯ. ВОТ…
— Мяу! — снова возопил кот, повернулся и припустил вверх по лестнице.
— Джад, где вы? — позвала Рейчел. — Наверху?
— Мяу! — ответил Чер уже с верхней лестничной площадки, точно отвечал за хозяина дома. И тут же исчез из вида.
А КАК ОН СЮДА ПОПАЛ? МОЖЕТ, ДЖАД ВПУСТИЛ? НО ЗАЧЕМ?
Рейчел нерешительно переминалась с ноги на ногу. Что же делать? Хуже всего прежнее ощущение: кто-то держит ее здесь и…
Но тут наверху кто-то сдавленно застонал, видно, от невыносимой боли. Похоже, Джад. Да, его голос. Наверное, УПАЛ В ВАННОЙ, СЛОМАЛ НОГУ ИЛИ ЗАШИБ БОК. У СТАРИКОВ КОСТИ ХРУПКИЕ… ТАК ЧТО ЖЕ ТЫ СТОИШЬ, МНЕШЬСЯ-ЖМЕШЬСЯ, БУДТО В УБОРНУЮ ПРИСПИЧИЛО? У ЧЕРА НА УСАХ КРОВЬ! ДЖАД В БЕДЕ! А ТЕБЕ ХОТЬ БЫ ЧТО! ДЕЙСТВУЙ ЖЕ!
— Джад! — позвала она, и опять в ответ — надрывный стон.
Рейчел взбежала по лестнице на второй этаж. Здесь она еще не была, к тому же в коридоре темно — единственное окно выходило на запад. Коридор прям и широк, перила вишневого дерева отливали атласом. На стене висела картина с изображением Акрополя и…
(СЛУЧИСЬ, ЗЕЛЬДА И ВПРЯМЬ ПРЕСЛЕДОВАЛА ТЕБЯ ВСЕ ВРЕМЯ, ОНА СЕЙЧАС ОКАЖЕТСЯ ВОТ ЗА ЭТОЙ ДВЕРЬЮ СПРАВА: СКРЮЧЕННАЯ СПИНА, ТОШНОТВОРНЫЙ ЗАПАХ МОЧИ И СМЕРТИ. ОНА ДОЖДАЛАСЬ СВОЕГО ЧАСА, ЯВИЛАСЬ ЗА ТОБОЙ.)
…Снова донесся стон, еще тише, кажется, из-за второй двери справа.
Рейчел решительно направилась к ней. Каблучки громко цокали по дощатому полу. Ей казалось, что она становится меньше и меньше, не годами, а телом. Картина с Акрополем все выше и выше, а стеклянная ручка двери уже вровень с лицом. Рейчел не успела протянуть руку, как дверь распахнулась.
На пороге стояла Зельда!
Скрюченная, перекошенная, словно горбунья-карлица, чуть более полуметра ростом. На ней почему-то костюм, в котором хоронили Гейджа. Но нет, ошибки не может быть, перед ней Зельда. Глаза горят безумным огнем, лицо налилось черной кровью. И голос, голос Зельды: Я ПРИШЛА ЗА ТОБОЙ, РЕЙЧЕЛ. Я СКРУЧУ ТЕБЯ В БАРАНИЙ РОГ, БУДЕШЬ, КАК Я. И С ПОСТЕЛИ БОЛЬШЕ НЕ ВСТАНЕШЬ… НЕ ВСТАНЕШЬ… НЕ ВСТАНЕШЬ…
На плечо ей вспрыгнул Чер. А перед глазами все маячило лицо Зельды, расплывалось, изменялось… Рейчел с ужасом увидела, что перед ней вовсе не Зельда! Как могла она так непростительно обознаться! Конечно, это Гейдж. И лицо не почерневшее, а просто грязное, запачканное кровью. И какое-то неестественно пухлое, будто у неумело сшитой куклы.
Рейчел позвала сына, открыла объятия. Он подбежал, взобрался к ней на руки, свою же ручонку держал за спиной, словно готовился преподнести букет, собранный на соседской лужайке.
— А у меня, мамуля, для тебя кое-что есть! — пропищал он. — У меня что-то есть! Что-то есть для тебя!
