«Котами» в Меларе называют агентов МУР (Меларского управления разведки). Координатор МУР с позывным Шайна сталкивается с необходимостью найти «крысу» в своей организации и защитить свою семью. Впрочем, и ее родители, отставные «коты», и старший брат, действующий оперативник МУР, не могут остаться в стороне. Кошачье семейство выходит на охоту, и шансов спрятаться у «крысы» нет. Но в «крысе» ли дело?..Шайне предстоит раскрыть семейные тайны, настоящее имя своего начальника и убедиться, что мир намного многограннее, чем она себе представляла.
На мостовые Хардана, как, впрочем, и других городов Мелара, я могла любоваться бесконечно, особенно на закате, когда солнце играло на них разноцветными бликами.
На выровненную дорогу сначала укладывали более-менее ровный слой дробленого камня, который, в зависимости от породы, мог включать в себя как куски размером с ладонь, так и плоские плиты до двух шагов длиной, а пространство между камнями засыпали мелкой щебенкой, перемешанной с песком. Следом за рабочими, собиравшими основу мостовых, проходил маг с мощным артефактом и спекал полотно дороги в единый ровный монолит. В результате мостовая представляла собой причудливую темную мозаику с прожилками различных оттенков. Одинаковых узоров, как и одинаковых цветов, практически не встречалось.
В Меларе многие сферы жизни были так или иначе завязаны на магию. С минимальным даром к управлению силой рождался примерно каждый третий ребенок. Средний потенциал доставался одному из пятидесяти. Потенциально сильных магов было немного, как и везде в мире, примерно один на десять тысяч.
Однако изобилие магической энергии, разлитой вокруг, позволяло создавать мощные артефакты, которые подпитывались самостоятельно от естественного энергетического фона. Изобретение этого заклинания, собирающего силу в артефакт, пару столетий назад кардинально изменило течение жизни по всему миру. Заклинание оказалось простым и практически безотказным. Магия из экзотики и игрушки аристократии превратилась в привычную составляющую повседневной жизни.
Самозаряжающиеся артефакты стоили все еще достаточно дорого, но теперь срок их использования ограничивался лишь свойствами материалов, из которых они сделаны. Магия разрушает любую упорядоченную структуру, тот же камень мостовых в естественных условиях мог оставаться целым тысячелетиями, а под воздействием магии разрушался примерно за сто лет. Однако один артефакт теперь мог безотказно служить как минимум трем поколениям семьи.
Естественно, и спрос на артефакты резко пошел в гору, все же скопить, например, на элементарную защиту дома от ночного проникновения за несколько лет могла почти любая столичная семья среднего достатка. И если раньше в подобном одноразовом артефакте смысла было немного, он требовал дорогостоящей зарядки квалифицированным магом после любого серьезного срабатывания, то теперь такая защита стояла уже почти на каждом доме.
Магические науки также получили мощный толчок к развитию. Небольшой стабильный спрос на магические артефакты, который раньше обеспечивала аристократия, лавинообразно сменился потребностями чуть ли не половины населения страны, впервые получившей возможность радикально улучшить свой быт. Факультет артефакторики до сих пор является самым популярным и самым многочисленным в Меларской Академии Магии, а его выпускники никогда не остаются без работы, даже если они были ленивыми середнячками.
Для разработки заклинаний необязательно быть сильным магом, достаточно видеть магические потоки. А это базовый навык, которому обучают всех одаренных при наличии хоть какого-то резерва. Вот для воплощения своих разработок в материальный артефакт уже нужна сила, но и здесь не обязательно иметь высшую ступень, для многих заклинаний хватает и потенциала чуть ниже среднего.
Магия пришла практически во все сферы жизни, начиная от медицины и оружейного дела и заканчивая ремеслом и сельским хозяйством. Так навскидку и не скажу даже, какую сторону бытия магия не затронула.
Я привычно отставила в сторону сожаление. Если бы при рождении мне достался более-менее внятный резерв, я однозначно выбрала бы судьбу мага. Однако мои способности были минимальны, и путь в Академию мне был закрыт.
Нет, можно было бы выкрутиться и с моим крошечным резервом. В конце концов, одно из немногих преимуществ принадлежности к аристократии – обеспеченность. Я вижу потоки магии, как и все одаренные, и могу исследовать их или конструировать артефакты. Для воплощения моих разработок можно было бы использовать накопители. Один средний накопитель с самозаряжающимся контуром восстанавливает свой потенциал после использования в течение нескольких месяцев. Десятка полтора-два этих дорогостоящих игрушек – и, в принципе, я могла бы сравняться в артефакторике с полноценным магом. Возможно, лет через десять-пятнадцать после окончания Академии я бы даже смогла окупить затраты на накопители.
Родители предлагали мне в свое время этот путь. Я отказалась. Одно дело обладать минимальными способностями и знать всего с десяток заклинаний, которые я могу воплотить самостоятельно, живя среди обычных людей, где и такое может не каждый. И совсем другое – чувствовать себя инвалидом в среде полноценных магов и понимать, что от костылей-накопителей мне не избавиться никогда…
