Над необозримыми просторами славянских земель с дремучими борами, могучими реками неспешно скользят, сливаясь в века и тысячелетия, довременные времена. Поднимаются грады, колосятся хлеба, идут лесами охотничьи дружины. И живут здесь единым славянским родом люди и боги – свод небесный Сварог, солнечный Даждьбог, владыка молний Перун, оберегатель и защитник Чур, Стрибог, Велес, Ярило и мать воды, богов, людей и самой жизни Мокошь. Хранят и защищают жизнь рода ведающие мудрость служанки Мокоши ведьмы и мудрейшая, важнейшая, главнейшая из них – многократно оболганная, оплеванная и оклеветанная Баба Яга – воплощение женства и жизни.
Брызнула мать Мокошь на Сварога
живою своею водою.
И очнулся Великий Свод Небесный.
И потянулся.
И треснули ледяные оковы Мира. С тяжким грохотом осыпалась Тьма. И воссиял Свет, и бросились наутек темные боги, и бежали они за тридевять земель в полуночные страны, туда, где черными горами взгромоздились обломки Тьмы,
бежали,
скрежеща зубами в бессильной ярости,
ибо кончилась отныне власть их над миром вольная, безраздельная.
Тяжким весом своим распластал Землю Великий Свод Небесный.
И сжал-обволок ее вешним своим объятием.
И согрел ее жаром своим.
И зашлась Земля в парной истоме, и раскрылась ему навстречу в жажде материнства: ну, скорей же, скорей, ибо – пришла пора.
Мать Мокошь, животворная сила Мира, слава Тебе!
Нет над Тобою никого и ничего, и неодолим порыв Твой к Свету, Теплу, Весне.
Слава Тебе.
И вспорол Сварог лоно Земли ударами молний. И залил его семенем вешних ливней.
И взошла,
и расцвела,
и заполнила Мир буйноцветная Жизнь прекрасная, могучая.
Слава Тебе, мать Мокошь, равно щедра Ты к великим и малым мира сего, каждого одаришь Ты потомством и каждого напоишь, ибо корень Твой – Влага.
Слава Тебе!
Земле же все равно, чье семя принять в лоно свое, ибо благословила ее Мокошь на жизнь, и не скальная Гора, не злобная Пустыня, не мерзлый Камень она, а мать-сыра Земля. И нельзя сказать ей: "Лишь сие семя прими!", не поймет, не услышит, нет ей дела до неумеренных притязаний. Перед любым семенем распахивает чрево свое.
Ибо знает она материнство,
но не знает, и знать не хочет отцовства.
Слава Тебе, мать Мокошь, матери всего сущего. Трижды слава за венец творения Твоего. Дерзостно стремится человек познать непознаваемое и сотворить нерукотворное. Но трижды горе роду, который станет слишком тяжел для материнской груди Твоей.
Такое уже было в веках.
И кости родов тех, обращенные в камень, вопиют: "Се была жизнь…"
Слава Тебе, Первоматерь, слава Тебе!
***
Что ни утро, прощается со своею суженой, Луною, сын Сварогов, Даждьбог. Подводит ему белых коней, впряженных в огненную колесницу, милая сестра его Заря Утренняя. С поклоном подает поводья. Целует сестру Даждьбог Сварожич, и вспыхивает она румянцем вполнеба, и машет вслед брату розовым навласным покрывалом.
Неспешно идут по небу могучие кони.
Зорок взгляд Даждьбога Сварожича.
Порядок ли на Земле? Ладно ли? Нет ли где какого невежества? И вот уже метнулся над окоемом небесным к грозовой черной туче Перун Сварожич, брат и посланец его.
Грозен меньшой брат Даждьбогов.
Радуга лук его, молнии стрелы его, гром далекозвучное слово. Но отважны и тьморожденные демоны Ночи. Отважен и могуч Великий Многоглавый Змей, сын Темной Горы, Горыныч.
То огненно, то лёдно дыхание его.
Бой! Бой!
И мечутся в тучах острые стрелы Перуновых молний, и грохочет гневный голос его, и пышут во все Небо всполохи пламени из пастей грозного Змея.
Бой!
А на Земле в сосновых борах, в дубравах зеленых и рощах кудрявых березовых летит на белом конепресветло-светлый юный красавец. Могуч и прекрасен он, налитый ярою силой. На льняных волосах его венок из полевых цветов.
Одесную – колосьев пук ржаных.
Ошую – пустоглазый череп оскаленный.
Весь он – весенний свет и радость и тепло.
Весь он – сила мужская напряженно-тугая, неистовая.
Весь он – буграми мышц вздутая мощь кроваворукая неукротимая, смертоносная.
Ах, Ярило,
ярый,
яркий,
яростный!
И льется кровь самцов за право оставить потомство, и склоняется к Яриле Лада, стараясь унять его ярость и направить силу его не на Смерть, а на Жизнь, в ее сладостное упоительное русло.
Весна.
Юный пыл.
Буйство горячей крови, глаза застилающей розовым туманом.
И множится все живое округ него.
Ай и любит Ярило дев земных! Как пройдут Купальские праздники, как отгремит, откипит, отбушует нецеломудренное Ярилово веселие, – примечай, у коего очага родит девица беловолосого ясноглазого мальчугана. Веселого крепкого крикуна.
То-то будет муж.
Воин для боя – бояр!
Охотник.
И гой будет еси – силы мужской таким не занимать-стать.
Слава Тебе, мать Мокошь, слава!
А вот скользит у потаенных вод белым лебедем красавица Лада. И нет прекраснее ее на Земле и на Небе. Лада, Ладушка, белая лебедушка… Счастлива девица, коей коснулась она навласным платом своим. Как узнать ту девицу?.. А ты спроси у ветра буйного, ты спроси у ясна Месяца, ты спроси у Ворона, птицы вещей. Они покажут. Научат. Помогут найти жену, Ладой меченную.
Милы жены те.
Спокойноглазы и улыбчаты.
И чрево плодоносно у них.
И дети их ласковы.
И все-то у них ладится, и в семье лад и покой, и сами ладные…
Ох, Ладушка-Лада, лапонька ясноглазая.
И нет от тебя горя, и нет буйных страстей пламенных испепеляющих, пожирающих.
Ласка… покой… счастье…
Покойная пышная славянская красота.
Теплы весенние сумерки.
Душны ночи летние.
Истома…
Короткое счастье девичье.
Благослови, мати,
Ой, мати Лада, мати…"
