Когда-то фантумы казались непобедимыми. Но на всякую угрозу найдется ответ. Гильдия сновидцев научилась ставить невидимые щиты, сквозь которые ни фантум, ни простой оборотень не пройдет ни во сне, ни наяву. Такой щит стоял и над королевским дворцом. Оказывается, Рауд выхлопотал для меня пропуск! Еще гильдия выслеживала уцелевших фантумов и иных охотников без спроса соваться в чужие сны и сообщала о них ловцам – оборотням на королевской службе.
А между делом сновидцы и оборотни учили молодых магов защищать свой ночной покой.
Гинаса Хальфорда наняли преподать эту науку будущему Белому Графу. Оборотень занимался с Раудом и его младшим братом около пяти лет – до тех пор, пока не попал в за- саду.
Его отряд получил наводку на настоящего фантума, вора и убийцу, и Хальфорду поручили проверить один из подозрительных домов в пригороде Альготы. Просто на всякий случай. Никто не думал, что преступник прячется именно там…
– Чую – химера. Здоровенный гад, три пасти, огнем плюется, хвост ядовитый.
Голос бывшего оборотня стал еще глуше, а от взгляда, обращенного внутрь себя, у меня лапы похолодели – такая жуткая тьма вскипала в его глазах. Доведись мне пережить то, что испытал Хальфорд, ни за что не стала бы лишний раз об этом вспоминать. Мне пасть Грыза до сих пор снилась. А тут такое, что слушать страшно!
Они дрались, беспрестанно меняя тела, становясь то людьми, то зверями. В конце концов химера и волк вцепились друг другу в глотки, при этом фантум попытался вытолкнуть Хальфорда из волчьего тела, хотя они находились в реальном мире, а не в мире снов.
Чувствуя, что погибает, Хальфорд провалился в Небыль и увлек противника за собой. Оба тут же вернулись в свои человеческие тела, к этому моменту избитые и изломанные. А перекинуться обратно в звериные уже не сумели.
Фантум приподнял голову, прохрипел: «Ты отсек меня от Небыли», – и умер.
Хальфорд тоже потерял связь со своим волком. Это подтвердили маги из академии. Лекари сделали все, чтобы спасти его человеческое тело. Но встать на ноги бывший оборотень не смог.
– Мне предлагали взять другого волка. Занять тело, как делали фантумы, и бегать себе вволю, но я не стал. У зверя тоже душа есть. Грех это – душу отнимать. Я теперь сны про Небыль вижу. Чудится мне, там волчонок для меня растет, – тусклые глаза Хальфорда потеплели, бескровные губы дрогнули в подобии улыбки. – Вот такая моя история, девушка. Есть в ней для тебя прок или нет, смотри сама. А чтобы колдовством запереть тело в Небыли… Слышал я о таком. Тут нужна сила темных богов. Черная магия. Но это все, что я знаю.
Темные боги. От них ничего не осталось – ни имен, ни лиц, ни сказок и легенд, с ними связанных. Только проклятия. Провались ты к темным богам! Чтоб тебя темные боги унесли! Но черное ведьмовство существует до сих пор…
Когда мы с графом сели в карету, я спросила: «Если ведьма Болли служит темным богам, почему нельзя взять ее под арест и допросить? Хотя бы в вашей ловушке?»
– Потому что Болли в фаворе, а я в опале, – устало ответил он. – Потому что если станет известно, что ты оборотень в личине снежной кошки, тебя сочтут фантумом – и неважно, что Нежа светлая богиня.
«Или потому, что это сорвет ваши планы?»
Он посмотрел на меня и промолчал.
Было горько. Но теперь я многое понимала. Почему он был так суров, когда застал меня в своем сне, почему мой отец отказался делить постель с мамой, почему люди боятся оборотней… И, кажется, я догадывалась, для чего Рауд Даниш привел меня к своему наставнику. «Смирись», – вот что он хотел сказать. Быть здоровой кошкой лучше, чем увечным человеком.
Даже боги забыли обо мне. Ночь Всех Богов на носу, а ни один не спешил сообщить, что там с моей службой. Исполнена она или только предстоит?
На прощание Хальфорд посоветовал мне учиться мысленному разговору.
– Особой премудрости тут нет. Как зверье говорит промеж собой? Так и ты говори. Что зверь, что человек – все едино. Не слышат тебя? А ты говори, не тушуйся, по имени окликай. Главное, молчком не сиди. Будешь говорить, рано или поздно услышат. А еще, бывает, толчок помогает. Испуг сильный или злость.
Злиться на Даниша не имело смысла. Он и так возится со мной больше, чем должен. А молчать – только обиду копить.
И я спросила о фантумах.
Граф откликнулся с охотой. Похоже, он был рад поговорить об отвлеченном.
Так я узнала, что у фантумов был тайный союз – Орден бессмертных. Его члены придумали для себя секретный язык и набор символов. В вещах фантума-химеры, которого дорого́й ценой одолел Хальфорд, нашли старинный перстень с головой летучего змея. Крылья – знак превосходства и преодоления смерти. Поэтому все крылатые у фантумов стоят на ступеньку выше прочих.
Вернее, стояли в прошлом.
Тщательное расследование показало, что химера, уроженец Вайнора, действовал в одиночку. У него не было ни сообщников, ни семьи, ни друзей. Возможно, он был последним фантумом на свете. Грустная судьба…
